Но Джим не стал выслушивать, какие еще комплименты велел передать ему этот тупоголовый осел, и бросил трубку.
— Ну как? Все без толку? — обратился к Джиму один из полицейских.
— Естественно. Будем сражаться в одиночестве. Ни на какую помощь рассчитывать не приходится. Нас уже отрезали от всего мира. Никого не впускать, никого не выпускать. — Он взглянул на Карла. — И в Раджере происходило то же самое, если я правильно понимаю?
— Да, Джим. Но нам удалось одолеть темные силы. Вернее это сделали мой отец и священник Денир.
— Карл, я ведь не могу приказать своим ребятам выйти на улицы и начать без суда и следствия убивать горожан. Но даже если бы я и отдал такой приказ, они не стали бы повиноваться. Это же безумие.
Карл достал свой значок из кармана джинсов и небрежно кинул его на стол Джиму.
— Что это значит? — удивился старший помощник шерифа. — Только не говори, что ты задумал самое худшее.
— Это означает, что отныне закон для меня — пустой звук.
— И что же ты собираешься предпринять? Ходить по домам и расстреливать мирных жителей? Только попробуй. Я тебя вмиг упрячу за решетку. И это на полном серьезе, парень.
Эту сцену наблюдал Крис Спеед, стоявший неподалеку. Он уже успел хорошенько вооружиться и кроме двух пистолетов нацепил на грудь целую ленту патронов. Выступив вперед, пастор заговорил:
— Джим, по-моему, молодой человек вовсе не собирается вести себя подобным образом. Это по крайней мере глупо. Полное уничтожение населения, как мне кажется, не входит в его планы. Я не ошибаюсь, Карл?
— Разумеется, вы правы, пастор. Но я не могу отрицать того факта, что мы сумеем обойтись без жертв. К сожалению.
— Помни, Карл: все, что ты сделаешь, может потом на суде обернуться против тебя. Надеюсь, хоть это тебе ясно? — предостерег Хаит.
— Джим, — устало произнес Карл, подходя к столу. — Неужели ты еще не понял, что никакого суда не будет? Когда мы победили в Раджере и все начало забываться, никто и не думал подавать жалобы. Будто ничего и не происходило, понимаешь? Но нам надо подстраховаться. Я надеюсь, что победа будет за нами. И наши люди останутся в живых. Так что плюнь-ка ты лучше на свою законо-процессуальную талмудистику. Ты, очевидно, забываешь, что нам предстоит сражение с дьяволом, Джим. А уж он-то играет без правил.
Джим поднялся со стула, подошел к кофейнику и налил себе полную чашку. Не поворачиваясь к Карлу, он ответил:
— Я тебя, парень, не знаю. И никогда прежде не видел. Равно как и все остальные, кто сейчас находится в ентой комнате. Ты — невидимка.
Карл направился к выходу.
— Ступайте с Богом, — напутствуя молодого человека, шепнул пастор и осенил того крестным знамением.
КНИГА ТРЕТЬЯ
Вся сила Ада
Сорвалась с цепи…
Роберт Грин Глава тридцать перваяПроезжая по городу, Карл заметил машину Чака и, высунув в окошко руку, жестом попросил того остановиться. Когда священник затормозил, Карл обратился к нему:
— Отец Винсент, вы случаем не жену свою разыскиваете?
— Ну, конечно! — хриплым от отчаяния голосом подтвердил священник. — Она должна была находиться в доме вместе с Мэри и другими женщинами. Но я подъехал туда и даже выходить не стал — весь особняк до отказа забит червями. И тогда я…
— Не волнуйтесь, Чак. С ней все в порядке. Она с подругами находится сейчас в больнице. — И Карл рассказал, что произошло в доме Хантов и на стоянке у баптистской церкви. — И вот еще что: я пока что отдал свой значок Джиму.
Чак долго молчал, словно изучая Карла, а потом осторожно предположил:
— И теперь вы вышли на настоящую охоту, Карл?
— Что-то в этом роде. Но я не собираюсь палить без разбора, если вас именно это интересует.
Священник кивнул, немного успокоившись.
— Джим попросил тех… ну тех, кого это не коснулось, так, что ли, их называть… короче, чтобы они помогали нам по возможности: объезжали город, патрулировали. А сейчас я поеду к жене и выясню, что там у нее на уме. Ну, а после мы могли бы встретиться… только вот где?