Карл кивнул.
— Ну, мы еще увидимся с вами, Эд. — С этими словами он направился к «ягуару», и Чак послушно поплелся за ним. Взревел мотор, и машина помчалась в город.
— Совершенно несносный, самонадеянный придурок, — раздался раздраженный голос Ди.
Отец рассмеялся.
— Никак ты по уши втюрилась, а, дочка?
— Не смеши меня! — разозлилась девушка. — Неужели ты считаешь, что у меня такой дерьмовый вкус? Эд Коннерс плюхнулся в кресло на веранде.
— Лично мне он нравится. Порядочный парень, честный и обладающий огромной силой воли. Не говоря уже о внешних достоинствах. Кстати, не каждому под силу держать тебя в узде.
— Никто здесь меня в узде не держит! — возмутилась Ди.
— Ну, если бы Карл захотел, у него бы это здорово получилось, — уколол Эдгар собственную дочь. — И могу спорить, тебе бы это понравилось.
Она с такой злостью топнула ногой, что даже пол задрожал.
Эдгар тепло улыбнулся. Ибо в этот момент тишину прорезал далекий волчий вой. Но никакого страха в сердце Коннерса он не вызвал. Эдгар Коннерс — крупнейший промышленник и один из самых богатых людей в стране, в глубине души был большим любителем природы и ее защитником. Он, как настоящий охотник, исходил немало лесов, но только вместо винтовки носил с собой фотоаппарат. За ним следовали его люди, за плечами у которых висели самые настоящие ружья, но только охотились они не на четвероногих. Эти ребята давали отпор браконьерам.
— Будь я проклят, если хоть что-нибудь понимаю, — воскликнул Эд, прислушиваясь к волчьему вою. В этот момент и другие серые собратья присоединились к волку. — Может быть, вас кто-то выпустил из клеток? Однако трудно судить, какую услугу оказали вам ваши освободители. По крайней мере в клетках до вас бы никогда не добрались двуногие мерзавцы со своими ружьями, капканами и отравленными приманками.
— Узнаю своего отца, — подала голос Ди, стоя у дверей. — Крупный деятель международного класса, твердый, иногда даже жестокий в деловых отношениях. И такой сентиментальный, как только речь заходит о животных. — Вся злость и раздражительность девушки моментально рассеялись. Наконец, она шагнула на веранду и уселась в кресло рядом с отцом.
— Ну-ка вспомни, чему я учил тебя, Ди? И тебя, и всех своих детей.
— Животные не могут постоять за себя. И поскольку Бог не наделил их голосом, говорить за них буду я.
— Умница.
— А ты думал, что такие слова можно забыть?
— Конечно, нет. Ди, Карл должен выполнить свой долг. И ты была абсолютно права. Я действительно сделал ему предложение о сотрудничестве, когда весь этот кошмар останется позади.
— И он согласился?
— Пока он ничего определенного не ответил. И я не могу твердо сказать, каким будет его решение. Поскольку сейчас вообще трудно что-либо загадывать. Карл не знает, выживет ли после этой бойни.
— А мы?
— Ну, с нами-то немного проще. Конечно, если только лично дьявол не займется непосредственно нашими душами, А ведь подобное не исключено. Ди, скажи на милость, почему ты и эти дети отказались улететь отсюда на вертолетах? Только ничего не скрывай, ради Бога.
— Ну вот. Твои последние слова, видимо, и содержат ответ.
— Ради Бога? А Карл утверждал, будто ты весьма скептически отнеслась к его заверению, когда он объявил, что сражается во имя Господне.
— Отец, ну как ты не можешь понять? Женщина готова молоть языком всякую чушь, лишь бы мужчина не покидал ее.
— Так ты уже считаешь его своим мужчиной?
— Можешь в этом не сомневаться. Да и Карлу не мешало бы осознать это.
— Я уверен, что так оно и будет, — заметил Эд, посмеиваясь. — У меня лично сомнений на этот счет уже не осталось.
* * *Пастор Спеед указал на распростертое на тротуаре тело:
— Вот сюда, Джим. Джим на полицейской машине подъехал поближе и, высунув из окошка руку, направил на тело луч фонарика. Возле трупа лежал пистолет, а в груди убитого виднелись огнестрельные раны. Кто-то в упор выстрелил в бедолагу три раза подряд.
В тот же момент на машину бросились кошки, несколько из них атаковали Джима, стараясь дотянуться до его руки. Животные урчали и подвывали. Вскоре раздалось царапанье. Кошки, забравшиеся на крышу, видимо, пытались проскрести металл и ворваться внутрь салона. Джим сильно встряхнул рукой, стараясь сбросить с нее разбушевавшихся тварей, впившихся зубами в кисть, а потом быстро поднял стекло. Рука была вся в крови.
— Быстрее в больницу, Джим! — посоветовал Спеед. — Вы в состоянии вести машину?