— Снимай трусы! — сказал я.
— Ну, Дим, — жалобно протянула Наташка, — ну, пожалуйста…
Я остался непреклонен. Видя, что уступать не намерен, Наташа медленно сняла трусы и положила на кровать, туда же, куда и шорты. Опустившись на корточки, я поедал глазами то, что раньше было скрыто под одеждой. Внизу слегка прикрытая редкими темными волосами, была видна складка ее пиписки, скрывавшаяся между ног. Над ней живот: красивый, подтянутый, с гладкой нежной кожей и маленькой ямочкой пупка (за время пребывания на курорте девочка уже успела покрыться ровным загаром и участки кожи, скрывавшиеся под купальником, отчетливо выделялись своей белизной — он выглядел очень привлекательно. Я приблизился почти вплотную, чтобы получше рассмотреть это невиданное зрелище — девчоночью пиписку и потрогал ее. Этого ощущения я не могу забыть до сих пор, да и описать, наверное, тоже не смогу. За все последующие годы ни один сексуальный контакт не принес мне столь яркого впечатления, как тогда, когда я впервые потрогал девчонкину письку. Я переместил руки на попу и почувствовал, как напряглись Наташины ягодицы. Наверное, таким образом она непроизвольно пыталась защититься от моего прикосновения. Было видно, что Наташе очень стыдно позволять мальчику трогать ее интимные места, но сопротивляться она не решалась. Меня даже удивила та перемена, которая произошла в этой девочке. Обычно бойкая и уверенная, Наташа вдруг стала совершенно робкой и покорной, как будто вместе с трусами она сняла с себя и всю свою уверенность. Ее смущение только еще сильнее распалило меня.
— Повернись! — сказал я.
Наташа повернулась, предоставив моим взорам хорошенькие белые ягодички. Я осторожно раздвинул их, увидев маленькое пятнышко ануса. Потрогал его, а потом, чтобы было лучше видно, велел девочке расставить ноги и наклониться. Теперь, когда мне стал виден не только анус, но писька, я стал гладить Наташу между ног, стараясь захватить ладонью всю ее промежность. Она была чисто й; очевидно, прежде чем начать свои игры, девчонки успели подмыться.
Все это время, пока я щупал Наташку, Катя сидела тихо, как мышка, видимо, надеясь, что я забуду про нее. Однако ее надежды не оправдались.
— Иди сюда! — повелительно сказал я ей.
— Мне можно одеваться? — с надеждой спросила Наташа.
— Подожди, — ответил я, — я еще не закончил.
Наташа отошла в сторону и, прикрыв письку руками, стала смотреть, что я собираюсь делать с Катей, которая с понурым видом ожидала своей участи. Я засунул руку ей под платье и потрогал между ног. Катя покраснела. Я поднял подол платья и стал рассматривать розовые полупрозрачные трусики с белой окантовкой, нежную кожу живота с аккуратной ямочкой пупка и стройные загорелые ножки.
— Держи платье, — сказал я Кате.
Пока она поддерживала подол, я взялся за резинку ее трусов и, чтобы растянуть удовольствие, начал медленно опускать ее вниз. Эти трусики были шире, чем те, которые от купальника. Полоска незагорелой кожи показалась, когда я опустил резинку сантиметра на полтора. В этот момент я вспомнил, как Наташка говорила Кате, что очень любит рассматривать ее попку и письку, когда та лежит на животе. Я вернул резинку на прежнее место и сказал:
— Ложись на кровать, на живот.
Катя легла, а я сел рядом с ней, задрал платье, после чего с тянул с нее трусики, обнажив ее хорошенькую беленькую попку. По краям, там, где их не закрывал купальник, ягодички слегка загорели. И этот контраст между белой и загорелой кожей производил особо пикантное впечатление. Я попросил Катю слегка раздвинуть ноги, и стал гладить попку, очень мягкую и нежную на ощупь. От моих прикосновений Катины ягодицы слегка порозовели. Наклонившись, я немного раздвинул их, чтобы получше рассмотреть сокровенные места девочки. Подробно разглядеть письку в такой позе было трудно, зато коричневатое пятнышко ануса было видно очень хорошо, не говоря уже про полупопия. Я велел Кате и Наташе лечь рядом поперек кровати. Стоя на коленях на полу между девочками, я гладил их беленькие попки, покрасневшие от моих прикосновений, раздвигал ягодички, трогал анусы. Попки девочек, показавшиеся мне немыслимо мягкими и нежными, привели меня в восторг. Я опустил лицо на Наташины ягодицы, желая лучше ощутить упругую мягкость ее попы, и с наслаждением вдыхал свежий запах ее тела. Девочки явно не ожидали этого, однако ничего не сказали. Не в силах больше сдерживать своих чувств, я стал осыпать поцелуями Наташину попку. Поцеловать анус я, правда, не решился. Хоть девочка и была тщательно подмыта, но назначение этого отверстия все же не позволило мне прильнуть к нему губами. Тем не менее, я раздвинул булочки Наташи и несколько раз поцеловал кожу возле самой дырочки. Покрыв поцелуями мягкое место старшей девочки, я с не меньшим жаром набросился на попу Кати. Нежные ягодички младшей девочки подаливо колыхались под моими губами. Вдоволь нацеловав ягодицы и внутреннюю поверхность бедер, я опустил лицо на Катину попу и некоторое время лежал неподвижно, наслаждаясь этим новым для меня ощущением. Потом приподнялся и, раздвинув попки обеих девочек, стал внимательно рассматривать то, что скрывалось между ягодиц и складок пиписок, терявшихся между ног.