Вся Ирмина компашка потихоньку влилась в Тёплую Нору. Бессовестно подслушав их разговоры где-то, примерно, в течение пяти минут, Селена вздохнула и направилась к учебке.
… Тем временем в мансарде Хельми удивил братьев. Он бесцельно, не обращая внимания на братьев, снова занявшихся составлением учебной программы, побродил по мансарде, а потом встал рядом с Колином и медленно, словно раздумывая о чём-то, высказался:
— Я не х-хочу быть толс-стым и важным…
— Ну и не становись! — удивился Мика. — Кто тебе мешает?
— А я понял, — сказал Мирт. — Это он об Ирме.
А Колин только вздохнул, глядя в окно.
Глава 14
Как выяснилось, Колр из вчерашней экскурсии учеников Белостенных сделал свои выводы. За полтора часа до обеда чёрный дракон вошёл в Тёплую Нору. Селена как раз приходила в себя после «разборок» с малолетними бандитами и их ошалевшей (мир перевернулся с ног на голову!) командиршей, которую её друзья вскоре всё же уволокли на пейнтбольное поле. Направившаяся было в учебку, она поняла, что слишком взбудоражена для разговора с Шиа и её дедом, и вернулась в опустевшую детскую гостиную — посидеть в тишине и покое. Где её и нашёл Колр.
— Добрый день, С-селена! — приветствовал её чёрный дракон. — Как один из организаторов игры, хочу предложить с-сегодня не ус-страивать с-скучных экс-скурс-сий для Белос-стенных по наш-шему полю. Это ничего не даёт новым игрокам.
— У вас есть идея поинтересней? — спросила Селена, вставая с дивана и мысленно смеясь над собой: отдохнула, называется!
— Надо с-смеш-шать две наш-ши команды — младш-ших и стар-шших. Пус-сть Белос-стенные разок пройдутс-ся по полю, а потом мы их-х тоже рас-спределим по командам — и с-сыграем с-с ними пробный матч. Это будет для них-х гораздо инф-формативней — для нас-стоящей игры в будущем.
— Неплохая идея, — медленно сказала Селена, прицениваясь к сказанному.
— Команды с-смеш-шиваем прямо с-сейчас-с, — заявил Колр. — И до обеда проводим репетицию — с-со с-смеш-шанными командами без Белос-стенных. Я уже разос-слал детей предупредить игроков, что через пятнадцать минут я их-х жду на поле. — Он сделал движение, словно собираясь развернуться к входной двери, но остановился. — С-селена, ты выглядиш-шь утомлённой.
— Ничего страшного. Событий скопилось слишком много, и последствия их всех приходится держать… под контролем. Да! — спохватилась она. — Колр, вы ещё не знаете. Та девочка, которую мы привезли с чёрного рынка… Она оказалась беженкой из группы Сири! И внучкой Руна. Её узнали малыши.
— То ес-сть сбегать она не будет, — заключил чёрный дракон. — Итак, я жду наш-ших-х игроков на поле.
— Хорошо, Колр. Ох, чуть опять не забыла. Будьте сегодня внимательней к Ирме. Не придирайтесь к ней, если что. Девочка только что пережила не самые лучшие минуты в своей жизни, так что…
— Пос-смотрим, — пообещал дракон и, прислушавшись, направился к выходу, кивнув вошедшему Джарри.
— Зачем он приходил? — спросил семейный, когда дверь за драконом плотно закрылась.
Селена пересказала идею Колра, и Джарри удивлённо покрутил головой.
— А ведь он прав. Вчера первокурсники Белостенных вряд ли прочувствовали хоть какой-то азарт, разве что слабый интерес. Зато сегодня… Думаю, Ильм будет доволен. Очень любопытная идея.
— Ты мне зубы не заговаривай, — усмехнулась Селена и подошла обнять его. — В последнее время ты всегда появляешься рядом со мной, едва только я остаюсь наедине с Колром. Ты… всё ещё боишься?..
— Не знаю, — честно ответил Джарри, мягко прижимая её к себе. — Но, когда он рядом с тобой, я перестаю тебя чувствовать. И это мне не нравится. Нет, я помню, что драконья магия сильна, и всё же…
— Кроме сильной драконьей магии, у тебя сильно влюблённая в тебя семейная, — со смешком напомнила Селена.
Они ещё немного пообнимались, наслаждаясь тишиной и минуткой уединения в ненадолго опустевшем доме… Может, простояли бы и больше, но сверху внезапно послышался торопливый топот.
— Братья, — виновато улыбнулась Селена, и Джарри, поспешно поцеловав её в нос, выбежал из Тёплой Норы.
Братья скатились с лестницы так, словно не успевали, опаздывали — и вот-вот что-то могло произойти ужасное. Но всего лишь окружили Селену, и Мика возопил, ещё прыгая с последних ступеней лестницы:
— Селена! Дай нам свою штуку, по которой в вашем мире болтают! Мы поняли, как это работает! Джарри теперь тоже будет слышать нас! И Колр с Эрно!
Старый мобильник оставался в сумке, заброшенной за ненадобностью. Оставался музейным экспонатом, который время от времени доставали с самого дня сумки и долго держали в руках, а потом с машинальной улыбкой укладывали назад. Но, как ни странно, первая же мысль после вопля Мики оказалась мыслью боязливой: «А если они все номера сотрут, пока будут разбираться с его начинкой?» И тут же Селена фыркнула: мобильник-то её хранится в доме, полном магов! Так что не жаль, что с ним будет, потому что он — увы! — давно не работает по нескольким причинам: зарядника тогдашняя Лена с собой не брала, полагая, что вскоре вернётся домой; телефонная книжка, проверенная в первый же день в пригороде и вспыхнувшая на секунду пустотой, давно спит глубоким и явно вечным сном. И, судя по всему, мобильник, даже подключенный к заряднику, вряд ли засветит свой экран: будучи совершенно не защищённым от воздействия магии, он просто-напросто сломан.
Конечно, любопытно, что там придумали Мика и ребята, так что Селена насмешливо попросила ребят только об одном:
— Потерпите минуту. Я принесу эту штуку, которая у нас называется мобильник. Только не забудьте, что вас искал Колр, потому что он собирается сделать общие команды из младших и старших.
— А мы будем участвовать в играх? — удивился Мирт. — Нас же в военном училище отстранили! Хотя… Если вместе с младшими…
— На поле Колр объяснит вам подробней.
Селена сказала и поспешила в комнату — бывший кабинет.
Странно. Пока несла мобильник, чувствуя постепенно нагревающийся в её руках пластик, вдруг нахлынуло такое чувство… жадности! Типа, никому не отдам! Моё, почти последнее, единственное, что осталось от моего личного мира! Внутри фотографии родителей, брата с его семьёй, её самой с племянниками!.. И всё это богатство отдать в загребущие ручонки Мики?! Он ведь не пожалеет — разберёт до последнего винтика!
В тамбуре, перед тем как войти в гостиную, она встала, ткнувшись лбом в дверь и чувствуя, как трясутся руки. Мощное желание не отдавать совершенно никому не нужную вещь! Да что с ней такое?! Неужели испугалась, что однажды вернётся и не сумеет позвонить, предупредить брата, что она… дома?!
«Селена, успокойся, — внезапно сказал Коннор. — Мика не собирается разбирать твой мобильник. Мы будем только смотреть — на пространство над этим предметом. Внутренний механизм не тронем. Честное слово!»
С трудом совладав с дыханием, она отлепилась от двери и сумела спросить: «Это как — смотреть на пространство?»
«Всё просто, — улыбнулся старший сын. — Как у любого артефакта, у любого устройства есть невидимый обычному глазу двойник, то есть, если говорить примитивно, схема, похожая… пусть будет — на пентаграмму. Именно её хочет разглядеть Мика, а потом создать её подобие в магическом аналоге».
Селена мало что поняла из объяснений Коннора, но усвоила главное: мобильник останется целым и невредимым. И рукой, всё ещё дрожащей от не понятного для неё самой страха, открыла дверь в гостиную.
Вопреки её ожиданиям, мальчишки, едва Мика схватил мобильный телефон, не ушли в мансарду, а устроились за столом в гостиной для старших. Но ещё больше удивило её, что телефон был выложен на этот стол, а братья склонились над ним.
Правда, кроме телефона, на столе оказалось несколько листов чистой бумаги, а Мика и Колин, единственные севшие на стулья, вооружились ручками.
— Я не помешаю? — неожиданно робко спросила Селена.
— Неа, — ответил Мика, хищно прищурившись на мобильник.
Она понимала, что все они здорово опаздывают на пейнтбольное поле, что чёрный дракон будет недоволен. Но происходящее за столом так занимало её, что она просто не могла оторвать глаз от мальчишек, которые пристально вглядывались в предмет иного для них мира и переговаривались терминами, звучащими словно шаманские заклинания. А вскоре началось вообще нечто колдовское: Хельми, не сводя глаз с мобильника, начал размеренно проговаривать явно на драконьем языке, Колин — быстро записывать за ним, а Мика — чертить на листе, да так стремительно, что даже внимательно следивший за ним Коннор недовольно сказал: