Шорох мелких волн по побережной гальке стал слышней, как стало слышней и мерное поскрипывание о сваи чего-то сильно прижатого к ним... Вскрикнула издалека сонная птица - чайка, наверное, если такие здесь есть. Сипловатый вскрик пронёсся по серой воде, от берега к берегу, словно остывая по дороге, и замолк. И тогда стало понятно, что впереди - в конце моста, кто-то с лёгким скрежетом, ровно и лишь слегка подпрыгивая, то ли ползёт, то ли едет.
- Там кто-то есть, - прошептала девушка, машинально прижавшись к плечу Джарри. Тот, тоже не глядя, приобнял её.
- Уже только был, - не оглядываясь, негромко откликнулся Колр. Он постоял ещё немного, то ли приглядываясь, то ли прислушиваясь, а потом шагнул вперёд.
Джарри повёл за собой Селену - сам впереди на полшага.
Уже вне моста, на дороге, стояла машина.
Девушку передёрнуло.
- Внутри никого? - с ужасом спросила она.
- Никого.
На подрагивающих ногах она (Джарри отпустил её руку - сам стоя и оглядываясь) подошла ближе, чтобы разглядеть и понять.
Сначала ей показалось, что крокодилы живые. В предрассветной мгле они тускло поблёскивали серебристым металлом. Один изогнулся странно пластичным, несмотря на металл, из которого сделан, телом: передний бампер машины давно бы слетел, если б зверь упирался только в него, но крокодил, пробив корпус, вонзил когти глубоко в саму машину, держась передними лапами за нижнюю раму ветрового стекла, естественно, выбитого. Головы не видно - спущена в кабину. Ещё ближе - и Селена поняла причину его пластичности: он весь состоял из каких-то мелких шестерёнок, хитроумно пришпиленных друг к другу, и только поверх тянулась странная двойная полоса из каких-то деталей - полоса, которая ближе к хвосту превращалась в единую.
Второй крокодил через боковое окно влез в пассажирский салон - торчал оттуда только хвост, который и издавал те самые странные, скрежещущие звуки, под тяжестью основного тела постепенно - по шестерёнке - погружаясь в салон полностью.
Машина стояла наперекосяк: одно из передних колес придавило третьего крокодила, длинная морда которого, распахнув под тяжестью груза пасть, торчала снизу. Правда, вряд ли крокодила "убило" именно колесо: обойдя машину, Селена разглядела, что машиной придавлена только передняя часть "зверя", задняя валялась рядом. И девушке даже показалось, что эти безобразно разорванные (в чём она уже не сомневалась) стыки, из которых вывалились мелкие детали, всё ещё тёплые. Она присела и осторожно дотронулась до рваных краёв. Точно. Тёплые. Встала и снова внимательно присмотрелась уже к машине. То, что сначала показалось ей грязью, явно было дымом. Не будь рядом мужчин (Селена смущённо хмыкнула), она бы приблизила к дверце машины нос и попробовала бы унюхать дым в этих пятнах.
Потом отступила к мужчинам - из странной боязни, что эти механические "звери" вдруг оживут.
- Кажется, мальчики всё-таки попытались ехать на машине, а потом на них напали крокари, - задумчиво сказал Джарри, первым делом проверивший салон. - Пришлось выпрыгивать из машины и давать тварям бой. Отсюда, во всяком случае, все пятеро ушли живыми.
Теперь присел на корточки Колр, почти зачерпнул ладонью горсть мелких предметов с асфальта, а встав - сдунул с них пыль. Гильзы. Он вгляделся в них, задумчиво покачал головой.
- Неплохо. Но уничтожили они крокарей не огнестрельным. Очень неплохо.
Джарри резко оглянулся.
- Колр, по-моему, пора идти. "Крабы".
Секунды тишины - и все трое расслышали металлический стукоток по камню - снизу, по каменной набережной от моста.
Дракон быстро встал и кивнул, и они поспешили по дороге к пригороду.
Поисковик, настроенный на Колина, привёл сначала к уже знакомому дому, где Джарри и Селена впервые встретились с Коннором.
Точнее - к дому, возле которого Джарри и Коннор убили Ночного Убийцу.
Как ни странно, но на дороге перед этим домом поисковик перестал работать. Зато Колр насторожился и, всматриваясь в невидимое для остальных на асфальте, вскоре привёл Джарри и Селену к углу этого же дома - и к перекрёстку.
- Хм. Кажется, наши маленькие друзья решили опробовать теорию на практике.
На самой середине перекрёстка были разложены странные вещи: мелкие камешки, выложенные спиралью, на самом широком витке которой лежала какая-то тряпка, словно кто-то подсмотрел, как Селена рвёт карман Колиновой куртки. Внутри спирали - на её последнем витке - лежали прядка тёмных волос и небольшой нож, затем - на ноже и вокруг волос серо-чёрные в предутренней мгле капли-кругляши - явно кровь, из-за пыли превратившаяся в горошины, - и всё это в ровной пентаграмме. Вокруг самой пентаграммы, нарисованной чёткими белыми росчерками, шли пять волнистых линий, начерченных кирпичом и не соединявшихся между собой.