И принялись искать такое место. Несколько раз натыкались на другие группы спасшихся, но не собирающихся перебираться в город. Ребята, приглядываясь к таким группам издалека, постепенно пришли к выводу, что лучше держаться друг друга, чем примыкать к кому-то, особенно к взрослым.
Однажды, когда они все вместе исследовали часть пригорода, сильно примыкающую к городу, Коннор в одном из домов уловил неуверенные, очень слабые магические волны. Понял, что магия принадлежит живому, а не машине. Пришлось всей компанией убедиться, что в большом доме скрывается некто с зачатками магии, а значит, в любой момент может быть подвержен атаке магических машин.
К этому времени Коннору верили во всём. И шли за ним беспрекословно. И даже Каи согласился, что надо объяснить начинающему магу, что его магия притягивает внимание машин-убийц... Они вошли в дом, остерегаясь и присматриваясь. Добрались до шестого этажа. Убедившись, что пространство вокруг свободно от присутствия магических машин, Коннор осторожно открыл дверь одной из квартир на площадке. Остальные бесшумно влились следом. И Мирт, последний, закрыл дверь на щеколду.
В одной из комнат, на краю кровати, сидела худенькая девочка с очень строгим лицом. Она подняла усталые глаза на вошедших и, будто ничего особенного не произошло, сказала:
- У меня нет еды. Вы зря пришли сюда.
- Хочешь есть? - спросил Коннор и протянул ей одну из последних пластин.
Так они нашли Анитру.
23
Прибежала Ирма со своей бандой, увеличившейся больше чем вдвое: теперь вся малышня бегала с нею, да плюс с ними бегали Айна и Оливия - под присмотром Гардена. "Ясельники" накинулись на одну из скатертей крикливыми и суетливыми воробьишками. "Склевав" всё, что нашли, а кое-что забрав с собой, дети снова умчались. Волчишка на бегу крикнула, что хочет снова присоединиться к Бернару и к травникам, и оставшийся у скатертей народ закатил глаза: выдержит ли старый эльф это писклявое нашествие? Или даже набег?
Ещё "ясельники" уговорили побежать с ними Люцию. Правда, им же пришлось поплатиться за своё приглашение: бегать девочка-дракончик могла, только распустив крылья. Попробуй - приблизься к ней!
Ригана тоже пытались уговорить побегать, хотя и знали, что он с трудом ковыляет. Но Гарден долго добивался его согласия, предлагая свою помощь. Мальчик-дракон сделал вид, что засыпает, - и от него отстали. А Селена взяла на заметку, что Риган умеет притворяться, не напрямую, а исподтишка настаивая на своём.
Впрочем, вспомнив внешне не выраженное упрямство Хельми, она улыбнулась: наверное все драконы такие.
А мальчишки продолжали вспоминать.
... Когда Анитра, поколебавшись, взяла из рук Коннора съестную пластину, она снова посидела немного в нерешительности, а потом, выяснив, что команда из мальчишек и девочек и впрямь не опасна, нагнулась и со вздохом сказала:
- Выходите.
Из-под кровати вылезли двое мальчишек. Как оказалось - её соседи по подъезду.
Анитра осталась одна, так как в первый день войны родители по делам уехали в город. Она не знала, живы ли они, нет ли. Вернуться-то должны были к вечеру, когда на улицы пригорода уже выйти невозможно.
Продуктов в её квартире и правда не было. Сначала она вместе с соседями просто закрылась в подъезде от бушующей на улицах войны. Потом несколько раз перебиралась из квартиры в квартиру, пока в них оставались живые. Жить одной было слишком страшно, а со знакомыми легче: она помогала во всём - стирала, готовила. Жильцы сначала продукты стаскивали изо всех оставленных или опустевших квартир - Анитра ходила вместе со всеми, понимая, что иначе не выжить. Потом они начали делать набеги в чужие дома. Однажды ночью соседи забыли девочку предупредить, а может, привыкли к её безропотности и, оставив с нею спящих, как она, детей - мальчишек, ушли обследовать дальний дом из составленного списка. И не вернулись. Она испытала настоящий ужас, когда поняла, что в двадцатиэтажном доме с тремя подъездами она осталась единственной взрослой, да ещё ответственной за две жизни - семи и девяти лет.
Ещё несколько месяцев Анитра и два маленьких соседа продержались на тех продуктах, что оставались в квартире, определённой жильцами под продуктовый склад. Несколько раз обследовали и её дом такие же искатели продовольствия. Ей повезло с одним: все они были запуганные войной мирные жители. Ей перейти в свою группу не предлагали. Девочка, которой к тому времени исполнилось четырнадцать, понимала: лишний рот никому не нужен. А мальчишек никто не видел: при первой опасности Анитра вталкивала их под кровать и прятала под низко спущенным краем одеяла.