Рука девочки-дракончика резко метнулась в просвет между креслами, откуда эхом раздался такой яростный рык, что Хоста заледенела. Рычание ещё не закончилось, как Люция зашипела в ответ и пнула ногой в тот же просвет. Оттуда болезненно охнули. А девочка-дракончик словно медленно стала падать назад, на спину, при этом жёстко за что-то держась уже обеими руками. И шлёпнулась-таки на попу, одновременно выдрав из кресельного просвета плохо закрепившегося там Ригана. Он упал набок рядом с нею и поднялся бы сразу, если бы Люция всё ещё не держала его.
Оба дракончика замерли, гневно сопя и сверля друг друга злющими глазищами.
Хоста осторожно подошла и склонилась над ними.
- Люция, это Риган. Риган - это Люция. Познакомьтесь.
Драконы притихли, всё ещё глядя друг на друга, но уже более вдумчиво.
Сочтя, что они начали успокаиваться, Хоста мысленно обратилась к богам за помощью и, взяв обоих за шкирки, поставила их на ноги. И поспешно отошла от дракончиков - проверить, хорошо ли застёгнуто пальтишко на Айне и на Корилусе.
Через минуты малышня выбежала на детскую площадку при Тёплой Норе. Насупившаяся Люция без колебаний вела за собой прихрамывающего, тепло одетого Ригана, который больше не возражал против прогулки. Замыкала компанию, неся корзину со Стеном, очень благодарная девочке-дракончику Хоста.
... Селена старалась не думать, в каком состоянии сейчас её руки и куртка впереди. Чёрная (она помнила) сажа ощущалась здорово жирной... Она вообще старалась не думать о том, что поднимается куда-то в неизвестность, потому что руки начали уставать, скобы казались ещё уже, чем были в начале подъёма. В общем, ноги подрагивали при каждом движении наверх, да и вообще при движении. А руки устали так, что она всё чаще начинала делать паузы в подъёме.
Давным-давно она усвоила, что лучше увлечённо думать о чём-то другом, чем о трудной работе, и тогда работа не замечается и выполняется быстро. О чём думать? Ну, например, о том, что сегодня в деревне день картошных посадок, а хозяйка места слиняла со своего законного места, из-за того что не сообразила, как и остальные: другая специализация - другая магия.
Ещё она думала о том, что ждёт её наверху. Было бы здорово попасть в какую-нибудь жилую комнату или что там у них. И, пока в ней никого, неплохо бы провести обыск и быстро слопать любой продукт, который попадётся на глаза. И нисколько не совестно, что это будет расцениваться, как обыкновенное воровство. Есть хотелось ужасно... В общем, она старалась думать о чём угодно, лишь бы не зацикливаться на тяжело ноющей груди.
Упорного отсутствия света наверху она слегка побаивалась, но утешала себя тем, что может выбраться всего лишь в тёмную комнату, в которой просто-напросто забыли открыть шторы. Утро же. И опять переключалась на происходящее в деревне. И в Тёплой Норе. Там сейчас, наверное, Хоста всеми заправляет. Ну, "ясельниками". А Джарри... Она прикусила губу. Джарри едет сюда, в храм ордена некромагов. Он по-другому не может, как бы она себя ни уверяла, что он работает вместе со всеми на полях.
Наверху, чуть сбоку от основного пути, забрезжило что-то смутное. Селена, уставшая от темноты, даже остановилась, цепляясь за скобы и пытаясь разглядеть, что же это. Наверное, выход - очень далёкий, если пятно света выглядит таким трудно видимым. Но выход. А там... Хоть с кем-то встретиться! Хоть поговорить и хоть что-то узнать!
Но смутное пятно оказалось ближе, чем она думала.
И скоро она смогла протянуть руку и потрогать это пятно. Что-то вроде рогожи. Даже видно, как просвечивают переплетения нитей. Значит ли, что она поднялась до следующего камина? Поднявшись ещё на пару скоб, Селена затихла, пытаясь расслышать хоть что-нибудь. Ничего. Делать нечего. Или свернуть и лезть дальше, или оказаться в помещении, в котором так тихо.
Раскрытой ладонью она подняла рогожку и отпихнула в сторону, поморщившись от упавшей на лицо пыли и мелкой крошки. Подтянувшись, вылезла в камин сбоку. И выглянула. Темно. Разве что еле теплится одна-единственная свеча. То ли окон нет, то ли они прикрыты шторами, как она и решила ранее. В этой комнате, близнеце той, откуда она пришла, тоже широкая скамья. А на ней сидит какой-то человек. Повернул голову - явно заметил, но сидит. И не удивлён.
Селена вылезла из камина, встала на ноги, встряхнулась и вежливо спросила:
- Не подскажете, где я нахожусь?
Человек замер от её вопроса. Селена ждала. Она прекрасно понимала, где находится. Но ведь с чего-то надо начинать беседу. А там, глядишь, он вызовет кого-нибудь, с кем можно поговорить о насущном - например, о завтраке. Она сглотнула. Сколько ж ей пришлось быть без сознания, если так хочется есть?