— Не хочу, вы правы, — кивнула я и улыбнулась как можно обворожительней, — только вы совсем забыли про меня, доктор Джемсон.
— Ну, что вы, лесса Феклалия, — вернул он мне улыбку, — как я мог забыть вас? Это вы всегда были не особенно рады моему приезду. А в последние дни и вовсе, — он развел руками, напоминая о том, что именно я отказалась от регулярный посещений доктора.
— Это все потому, что ваши микстуры очень горькие, — тут же сориентировалась я, ругая на чем свет стоит, фиалку-Феклалию. Как она могла упустить такого мужчину, если муж позволял ей крутить романы?! Мне же, совершенно точно, отпускать его не хотелось.
Хотя если он женат… Надо спросить у геллы Изеры. А пока немного придержу коней. Никогда не любила связываться с женатыми.
Доктор Джемсон фыркнул:
— Лесса Феклалия, увы, тут я ничего не могу сделать. — Он взглянул на книгу, которую я все еще держала в руках, и перевел разговор, — я вижу, вы снова перечитываете книгу вашего отца? Но судя по тому, что я видел, теперь вы с ним не особенно согласны…
— Что?! — переспросила я, выпучив глаза от удивления. Какого такого отца?! Торбег Филд отец фиалки-Феклалии?! Ну, гелла Изера! Ну, старая грымза! Почему она мне об этом не рассказала?! Как я должна была сама об этом догадаться?!
Доктор Джемсон, к счастью, снова не совсем понял к чему относится мой возглас.
— Признаюсь, прежде чем прийти к вам, я заглянул в приют, который вы организовали. И я, лесса Феклалия, поражен. Режим дня, учебные часы, спортивные занятия… это совсем не похоже на вольное воспитание, которое пропагандировал ваш отец, и которого придерживались вы совсем недавно.
— На детях, которые жили в маргинальной среде и которыми никто не занимался, эти правила не работают, — пробормотала я. — И я решила отойти от принципов вольного воспитания Торбега Филда на первое время, пока дети не научатся вести себя в обществе… Сначала нужно загнать их в жесткие рамки, а потом дать свободу в их пределах.
Я была настолько ошеломлена тем, что узнала, что говорила почти не вникая в свои слова. Главное было хоть как-то правдоподобно объяснить, почему я поступила так, а не иначе.
— Очень интересная точка зрения, — кивнул доктор Джемсон. — У вас талант к педагогической науке, как и у вашего отца.
— Кровь не водица, — кивнула я и встала. Пора было прекращать этот разговор, пока я не выясню все у геллы Изеры. И не прочту эту чертову книгу. Вот не было печали, купила баба порося. — Дети, наверное, уже проснулись. Я хотела бы, чтобы вы осмотрели их. Весьма вероятно у них множество проблем со здоровьем. И я хотела бы заняться ими, пока дети еще маленькие.
— Это очень похвально, — торопливо вскочил со своего кресла доктор Джемсон и подхватил объемистый саквояж, который принес с собой и который я только что увидела. — Вы правы, здоровье надо беречь смолоду. Кстати, кто вас надоумил укладывать детей спать в середине дня? Это очень интересная и новаторская идея. Насколько мне известно, дневной сон, или как вы его назвали тихий час, практикуется только в странах, где дневная температура слишком высока для комфортного существования. Поэтому люди встают пораньше пока еще прохладно, но спят днем…
Вот докопался! Мысленно я схватилась за голову. Что ему ответить? Поэтому я просто пожала плечами и пошла прочь.
Ходить в приют через кухню не очень удобно, поэтому в ограде сделали калитку. А чтобы туда-сюда не бегали дети, я велела поднять задвижку повыше.
Доктор Джемсон шел за мной, а я затылком чувствовала его пристальный взгляд. И от этого нервничала. Слишком много я сделала ошибок за нашу короткую беседу. И теперь он явно подозревает меня в чем-то. Надеюсь, в чудесном излечении от сумасшествия, а не в том, что я не та, за кого себя выдаю. Люди ведь всегда больше верят тому, что не нарушает их картину мира. Хорошо бы ритуалы черной магии не вписывались в картину мира доктора Джемсона. Все же он врач, образованный человек, ему должны быть чужды все эти глупые суеверия.
Успокаивая себя таким нехитрым образом, я довела доктора Джемсона до флигеля. Дети уже не спали, крики и вопли мы услышали раньше, чем поднялись на крыльцо. Ребятня, носилась по пустому холлу флигеля, не желая выстраиваться в шеренгу по росту. За ними бегали и воспитатели, и учительница, и Иська, и добровольные помощницы. Полнейший хаос.
Мы с доктором Джемсоном застыли на пороге. Я лихорадочно прокручивала в голове все, что знаю о детях, но так и не могла найти ни одного способа утихомирить толпу.
— Лесса Феклалия, — тронул меня за плечо доктор Джемсон, — скажите прислуге, чтобы не бегали за детьми. Они выспались и полны сил и энергии. Вы их не остановите, тем более, если их догоняют. Надо подождать, когда дети устанут. А для осмотра будем вылавливать их по одному, — улыбнулся он. А потом подмигнул и добавил, — я тоже кое-что смыслю в детях.