— Ничего себе, — пробормотал Сильвестр.
— Кам, это замечательно! — поразилась Селена, разглядев фигурку. — Ты у кого-нибудь учился лепить из глины?
— Нет, хозяйка. Маленький был — у хозяев смотрел. У них дома таких штук много было. В комнаты не пускали, только когда полы мыл — смотрел.
— Надо показать Александриту, — предложила Вильма, удивлённая не меньше остальных. — А вдруг… — Она не договорила, лишь беспомощно пожала плечами, не зная, как выразить, что может вдруг произойти с Камом, если мастер признает его способности к лепке.
Селена промолчала. Она очень боялась, что парень-вампир пренебрежительно отнесётся к талантам мальчишки-тролля, всеми презираемой расы…
Пока она раздумывала, Кам взял ещё один кусок глины. Селена смотрела на его толстые пальцы, которые проворно двигались, и продолжала размышлять. Глина — это да. Но в таком виде она несовершенна. Уже завтра, едва подсохнув, фигурки начнут покрываться трещинами и будут выглядеть так себе. Может, для магических предметов и сойдёт, но никак не для керамики, если Селена это правильно понимает… Надо бы узнать у Александрита или хотя бы у Коннора в его библиотеке, как и с чем нужно смешивать глину, чтобы из неё получались и оставались нетронутыми прекрасные и удивительные вещи. Кто знает, что будет через несколько лет? Может, Каму инкогнито сделать выставку в городе, а потом взять — и открыть имя мастера? Вот уж будет шок… Селена вздохнула и попыталась вылезти из мечтаний, по-маниловски унёсших её слишком далеко, и сосредоточилась на самой проблеме.
Проблема тем временем сотворила ещё одну фигурку и, радостно улыбаясь широченным ртом, показала творение внимательным зрителям. Теперь это были совершенно другие физиономии. Волчья морда выглядела шутовски изумлённой, почти клоунской, а человеческая физиономия мечтательно ухмылялась. Приглядевшись, Селена вдруг вспомнила мультипликационных героев своего мира. Такими выглядели многие из них — добродушными и наивными. Хм… Неизвестно, как сложится творческая судьба Кама, но мешать его увлечению, если оно, конечно, останется увлечением, Селена точно не собиралась.
Спустя несколько минут она разогнала всех по спальням. Прятала улыбку: Кам уходил неохотно (дорвался до игрушки!) — зрители уходили неохотно. Две фигурки, вылепленные Камом, Селена велела оставить в гостиной. Уж что она сумеет сделать прямо сейчас, то есть завтра, так это показать результат его творчества Александриту: несмотря на все расовые предубеждения, парень-вампир должен по достоинству оценить мастерство мальчишки-тролля.
В гостиной опустело и стало даже пустынно. Селена погасила лишние свечи, оставив парочку, и села в кресло. Решила дождаться ушедших на инициацию Корунда. И сейчас задумалась: интересно, а ведь Бернар, кажется, сказал при ней, что инициируемый эльф может захотеть сменить себе имя. Захочет ли Корунд сменить имя, вынужденно данное ему матерью? Что-то она подозревала, что вампирское имя эльф оставит.
В тишине услышала, как стукнула тихонько дверь. Только хотела встать: наверное, Джарри идёт с Коннором! Но расслышала шаги нескольких человек. А потом на пороге гостиной появились не только те, кого она ждала.
Впереди — Корунд. Шага три за порог — и огляделся. Увидел Селену. Быстро подошёл к ней. Она только и успела встать. Он взял её руку и склонился к ладони. От неожиданности она только и смогла, что расслабить пальцы. Он поцеловал не так, как целуют руку женщине в её мире. Он повернул ей ладонь и поцеловал в самую середину. После чего выпрямился, снова коротко склонил голову, невольно напомнив однажды брошенные им слова, что он воевал в ополчении. И молча вышел.
22
Утро началось с недовольного мычания Джарри, который уткнулся в одну подушку, обняв другую. Селена, уже севшая на край кровати, погладила его по голове, пытаясь расправить взлохмаченные русые пряди, и засмеялась:
— Семейный мой, что так? Чуть не плачешь!
— Я устал, я спать хочу, — пробурчал в подушку Джарри. — А тут всякие вскакивают ни свет ни заря. Просыпайся следом за ними…
— Ты, вообще-то, можешь ещё немного поспать, — сказала Селена. — Ребята сейчас пойдут на занятия. А в теплице теперь работает не только Вилмор, но Тибр. Поскольку вчера маленький Фаркас впервые перекинулся, то не думаю, что Вилмор будет спешить на работу. А Тибр не знает без него, что делать, с чего начинать работу. Так что… Дрыхни дальше, семейный мой.