— И что это? — спросила она.
— Шторы, — вполголоса сообщил Веткин, — старые. Детки попросили, когда кататься пошли. Ноги ими обмотали. Леди, не ругайтесь. Деточкам играть хочется. Мы это постираем и будем давать деткам, когда попросят, а Каму найдём другие на окно.
— Ирма просила, — поняла Селена.
— Ирма, — подтвердил улыбающийся во весь рот Кам. — Сама лазила снимать!
— А ты помогал, — задумчиво сказала хозяйка дома. — Ну и правильно. Шторы и в самом деле старенькие, а тебе надо на окна какие-нибудь весёленькие занавески.
Мальчишка-тролль просиял от счастья. А с печки, чей верх был закрыт лоскутом ткани, послышалось хихиканье и бормотание.
— Люция там? — безнадёжно спросила Селена.
— С котятками, — покивали домовые. — Да мы сторожим, леди Селена. Дракон не узнает. И не ругайте девочку Ирму, леди. Шторы-то Ирма не просто снимала. Девочка Люция на них лазила за котятами. Свалилась. Второй угол пришлось тоже снимать. Пока Ирма лазила снимать, она и придумала попросить их на обмотку.
Селена хотела вздохнуть, но решила домовых не пугать. А то опять притащат успокоительное. Итак, сначала полезли котята. За ними — Люция. Представив себе счастливую мордашку девочки-дракончика, когда та свалилась вместе с шторами, Селена удержалась от смеха и солидно, как подобает хозяйке большого дома, согласилась:
— Никого ругать не будем. Теперь мне всё ясно. Вильме не скажу. Но, если Ирма попросит в следующий раз эти тряпки, скажите, что хозяйка уже дозналась и не разрешает давать обмотку для неё. Как там с обедом?
— Уже столы обносят, — откликнулся Веткин и побежал "досмотр производить".
Братство на этот раз не опоздало. Но опять явилось в неполном составе.
— Где Мика? — удивилась Селена.
— От привезённых подарков оторвать не смогли, — отозвался Коннор. — Селена, можно — мы ему потом отнесём в мастерскую поесть? Он так новеньким станком увлёкся, что жалко было даже звать его.
— Нет, так нельзя. А если у всех важные дела найдутся? Дежурным девочкам постоянно бегать за каждым и каждому отдельно подавать обеды и ужины?
Селена встала из-за своего стола и решительно отправилась в сарай, где раньше стояли машины, а теперь располагалась единоличная мастерская Мики.
Распахнув дверь в сарай, она увидела мальчишку сидящим за небольшим столом, на котором стояли обыкновенные тиски. Открыв от старания рот, Мика напильником обтачивал какую-то деталь, зажатую тисками. Мельком глянув на вошедшую Селену, он снова сосредоточился на работе. Рядом, на столе же, лежала большая книга. Селена неуверенно подошла и сама открыла рот: таких красивых вещей, как на картинках, она ещё никогда не видела!
5
Книга просто заворожила Селену. Простых, газетных — как сказали бы в её мире, страниц в ней было мало. В основном — плотные листы с цветными иллюстрациями. "Ну что ж, — смущённо подумала она. — Я ведь женщина, поэтому такая падкая на всякие блестящие финтифлюшки! И на украшения!"
Рисунки воспроизводили в основном металлические украшения с редким вкраплением камней — возможно не всегда драгоценных, может — и просто поделочных. Здесь были и медальоны, и браслеты, и колье с несколькими видами тех же медальонов, и пряжки для ремней, и аграфы-застёжки: тончайшие, словно сплетённые из проволоки, — для волос, и массивные, украшенные камнями, — для одежды. Художник так ухитрился передать сложные узоры на предметах, что вокруг украшений буквально трепетало тонкое сияние драгоценных металлов или бликовал отблеск камней… До Селены не сразу дошло, что она рассматривает старинные магические артефакты.
— Вот вы где!
Селена чуть не подскочила на скамье.
— Что?!
— Селена, ты пошла за Микой, чтобы он мог пообедать, — терпеливо сказал, посмеиваясь, Коннор. — И пропала сама. Ух ты, это что?
Бесцеремонно потеснив хозяйку Тёплой Норы, братство обсело её со всех сторон. Отчего Селена только что поняла, что слегка замёрзла в мастерской Мики. Мальчишка-то работает — и ему тепло, а она выскочила в домашнем и засиделась, разглядывая иллюстрации. Подсевшие к ней Мирт и Колин постепенно согревали её.
Мика сверху вниз (вынужденно — ему места за этой частью стола не оставили) гордо сказал:
— Это мне Александрит привёз из города. А ещё — вот. Только вам это неинтересно будет. Это только для меня!
И показал ещё две книги.
У Селены пока было плохо с чтением. Букв оказалось многовато: составители здешней грамоты попытались соединить примитивную грамоту оборотней с высокой — эльфийской, сюда же приткнув вампирские буквы. В художественной литературе (которой занимались исключительно эльфы) затейливые слоговые вензели эльфов соседствовали с соединительными вампирскими, похожими по форме на готический шрифт. В учебниках те же и деловых бумагах вензели и готика были в меньшем количестве — чаще встречались простенькие, похожие на латиницу буквы оборотней. Насколько успела понять Селена, чтобы читать художественную литературу, написанную представителями верхушки здешнего общества, надо закончить старшие классы. Кроме всего прочего, "высокая литература" отпугивала её тем, что некоторых слов, кажется, чисто эльфийской лексики, она вообще не понимала. Кажется, эти слова были тем, что Ломоносов называл "высоким штилем", — что она помнила из школы. Так что Селена пока путалась в прочитывании слов обоих типов текстов, хотя вроде и говорила, как все.