— Если они уйдут, не останавливай, — внезапно сказал Коннор и посмотрел в глаза Селены. — Оборотни. Не остальные.
— Остановлю, — хмуро сказала Селена. — Дети не виноваты.
— Селена, а если они будут такими же? Как этот Сири?
— К тому времени как они вырастут, одичавших не будет.
— Он найдёт ещё что-нибудь, какую-нибудь вескую причину, чтобы сделать их подобными себе.
— Знаешь, — уже задумчиво сказала Селена. — Мне кажется, когда Сири очнётся и узнает, кто его стукнул… Нет, не знаю, что именно мне кажется. Честно говоря, мне жутко любопытно, что он сделает, когда узнает, кто его вырубил. В общем, мне кажется, что какой-то воспитательный эффект в твоём ударе есть.
— Что ты сказала? — поразился Коннор.
Бернар отвернулся, но скрыть того, что он трясётся от сдавленного смеха, не смог.
Мирт помог Хельми лечь на подушку, поставленную стоймя. Слабо улыбаясь, мальчишка-дракон тихо сказал:
— Коннор, ты здорово с-сказал про убийцу. Не говори ему дальш-ше, ага? Ну, что ты убийца маш-шин. Пус-сть он тебя боится. Они же ему с-скажут. А пос-сле твоего удара он поверит. А потом он узнает, что ты некромант. Это зас-ставит его перес-смотреть некоторые… — Хельми замолчал, задумался.
— Принципы, — подсказала Селена.
— Вот-вот.
Бернар наконец повернулся лицом к своим пациентам.
— Хорошо, что ты ударил его в момент, пока он оставался в человеческой форме, маг Коннор. Будь он в звериной, он легко бы перешёл в следующую стадию одичавшего. Очнётся разумным. И я согласен, что необходимо немного запугать его. Иногда только необъяснимые вещи могут помочь живому существу остановиться в шаге от пропасти.
— В его клане было пятьдесят оборотней, — вздохнул Мирт. — Я как представлю, что он вёл их на бой каждый раз, когда им встречались одичавшие…
— Ладно, давайте не будем о нём. Перемывать косточки можно долго, — сказала Селена. — Пока ехали, я поговорила с Лотером. Он обещал поискать корунды среди своих оберегов. Бернар, когда Колр собирался провести обряд инициации?
— До вызова за семьями магов он готовился к ночи.
— А что там с глиной?
— Всё поставили во дворе. Пару фигурок надо бы сделать самим, а то самые маленькие уже пытаются из глины наделать себе посуду и кукол, — улыбнулся старик.
Селена осторожно поднялась с кровати. Трое недовольно замычали.
— Селена, ещё немного посиди, а? — проныл Мика, пригревшийся, лёжа макушкой в её бок. — Ну что там… Без нас не справятся, что ли?
Она погладила его по встрёпанной светловолосой голове и велела отдыхать.
Спустилась вниз и в гостиной обнаружила иллюстрацию к словам Бернара: Ирма и куча малышей старательно лепила что-то, то и дело отдирая от огромной глиняной глыбы кусочки, потому что кусок был замёрзшим и медленно оттаивал. Вильма сидела рядом абсолютно спокойная: весь её "ясельник" занят делом. А то, что перемазались, — нестрашно. Зато никто никуда не удирает. Только Селена открыла рот спросить, откуда взялся странный обрывок для глины, похожий на линолеум, как в гостиной появился Александрит. Не замечая Селены, он прошёл к малышам, к Бериллу, и положил перед ними какую-то фигурку.
— Такое мы сделаем! — пренебрежительно сказала Ирма. — Это легко!
Бесшумно ступив в детский уголок, хозяйка места разглядела маленькую скульптурку — полуволка-получеловека.
21
Лист, на котором лежал глиняный кусище, оказался не линолеумом. Выяснилось, что Ирма со своей бандой втихаря пронесла в гостиную материл для лепки, но Вильма поймала малышей вовремя и велела выбросить грязь. Ирма обиделась и сказала, что это не грязь. В ответ услышала угрозу: найти хоть что-то, что будет сдерживать расползание глины по гостиной, иначе!.. Недолго думая, волчишка с дружками помчалась в мастерскую Мики, разгребла завалы металлолома, откуда малышня, дружно поднапрягшись, и выдрала нечто похожее на гнутый поднос.
Полюбовавшись на украденную личную собственность и кинув укоризненный взгляд на жалобно насупленную волчишку, Мика со вздохом ушёл из гостиной и вернулся, пыхтя и держа в руках ещё штук пяток таких "подносов".
Все обрадовались, уселись группками вокруг них и принялись за лепку, а Мика не преминул укорить Селену: