Координатор смотрел на трёх магов свысока, невольно напоминая Селене, что драконы ни в грош не ставят людей, даже магов. Но и девушка устала от происходящего. И дело тупиковое, и этот давящий гнёт со стороны Координатора, который, кажется, тоже начал понимать, что его заставили делать что-то против его желания какие-то опять-таки «никчемные» людишки…
– Уважаемый Координатор, – сипло начала она и откашлялась. – Почему бы нам не попробовать решить все вопросы миром? Зачем вам Хельми там, в городе? Вы в любой момент можете прилететь сюда и проверить, жив ли мальчик, здоров ли. В конце концов, он три года был в одиночестве. Дайте Хельми привыкнуть к общению с другими детьми, а потом уже думайте, забирать ли его отсюда. Зачем ему сейчас в город? Сможете ли вы ему обеспечить комфорт общения с ровесниками? А с Коннором – так. Здесь ему тоже спокойней. И он не будет думать о превращении в машину для убийства. Ведь до сих пор он тоже довольно долго скитался по пригороду – и ничего страшного с ним не случилось. Мальчик научился держать себя в руках. Вы же видите – оба (она прижала к себе зевающего Колина) устали и хотят спать. Вы же драконы. Вы же умные. Дайте нам спокойно уйти и жить, не огрызаясь. У мальчиков уже есть дом. Неужели вы хотите оставить в их душах рану, лишив их этого дома снова?
Старый дракон развернулся и первым пошёл к изгороди. За ним остальные.
Ривер доброжелательно улыбнулся девушке.
– Рад, что судьба… (он насмешливо опустил глаза, подтвердив догадку девушки) познакомила меня с вами, леди Селена. И прощайте. Дело, которым мы занимались полтора года, движется к завершению. Скоро мы вернёмся в деревню с семьями и тогда продолжим наше знакомство.
Трое шагнули в призрачное ничто и пропали.
Джарри, ничего не говоря, подхватил на руки засыпающего, падающего от усталости Колина, и все зашагали к дому.
Птицы орали на разные голоса. И не подумаешь, что так голосить умеют совсем махонькие птахи. Но знакомого гудения не заглушали: на смену убитым драконами машинным демонам пришли другие.
Дощатые стены сторожки не спасали от неумолчного птичьего пересвиста. Проснувшаяся Селена, не открывая глаз и не двигаясь с места, озадаченно прислушивалась к пронзительной перекличке и поражалась: и они в этом шуме крепко спали? То есть спала она?.. Джарри-то ещё не проснулся. Или проснулся?.. Она лежала, как и он, боком, плотно уткнувшись носом в его грудь, – и не сбежишь, если что: подбородком он прижал её голову к себе, а его рука, на которой она лежала, крепко обнимала её за талию.
«Тёплый какой», – тихонько улыбнулась она, с удовольствием вдыхая горьковато-терпкий запах его кожи. Сначала они, вконец усталые, сразу свалились спать, а через несколько часов проснулись, чтобы снять куртки, и заснули снова – под ними. Кажется, лето, наконец, соблаговолило явиться в этих краях во всей красе. И начало с волны тёплого воздуха, густого от запаха трав и по-утреннему сладкого от аромата одичавших садовых роз… Хотя какое уже утро…
Она открыла глаза и почувствовала, как маг чуть дрогнул. Всё ещё не двигаясь, она спросила шёпотом:
– Ты чего вздрогнул?
– Щекотно. – Он тоже улыбался, тепло выдыхая в её волосы шепчущие слова, отчего по её телу мягкой волной прошла дрожь. – Твои ресницы… По коже…
Как она напряглась, он тоже почувствовал сразу.
– Что-то вспомнила?
– Забегут ведь – в сторожку, – прошептала, но не сделала ни малейшего движения подняться.
Он хмыкнул ей в волосы – снова тёплым выдохом.
– Зря, что ли, я выходил? Никто даже близко не появится, – прошептал он. – Я такое заклятие вокруг нас сделал, что, пока сами…
Она осторожно отодвинула голову – взглянуть на него. Смешной – с этой светлой щетиной, смягчившей упрямый подбородок. С этими взлохмаченными русыми волосами. С этими глазами, сонными, но уже испытующе вглядывающимися в неё. Не смешной только его тяжёлый рот, хоть сейчас не такой сосредоточенно сжатый, как обычно… Маг приподнялся, уже нависая над нею. А потом полностью повернулся к ней, съехавшей с его руки и с удобством занявшей нагретое им место на сенном тюфячке. Сел рядом, склонившись над нею и опершись на руку так, что Селена оказалась в плену: если освобождаться, то только вылезая вперёд или толкаясь ногами назад. И задумался. Да так крепко, что девушка покусала в нетерпении губы, а потом скромно спросила:
– Джарри, ты думаешь о чём-то серьёзном?
– Ну-у…
– Тогда я тебе мешать не буду.
Сказала – и принялась вылезать, помогая себе локтями, из уютной ловушки, пряча смеющиеся глаза.
– Это ты куда? – изумился маг и властно опрокинул её назад, на сенник. А потом, видимо, решил, что ей холодно без него, – и наклонился над нею, прикрыв своим телом. Селена с облегчением обняла его за шею, дотянулась, наконец, до его желанного рта, и последнее, что он прошептал: – Смеёшься, да?..