Андер и Якоб сидели на креслах, глядя на нервного директора с телефоном у уха. Тусклый свет отражался на лакированной черной мебели и белом потолке. Пахло дымом от сигар и виски.
— Как Мэт? Сильно устал после тренировки? — прошептал Якоб с улыбкой.
Андер сверкнул глазами в его сторону, что означало только одно: «Заткнись, пожалуйста». Они разошлись так, будто ничего не произошло. Но в душе Андер чувствовал, будто сбегает из спортзала как с тонущего корабля. Что это было он не хотел объяснять даже внутреннему голосу, который вопил этот вопрос не переставая. Только думал, что срочно нужно наведаться к Лин этим вечером и выкинуть ситуацию с младшим из головы. Но его ярко-зеленые глаза все еще не исчезали из памяти. «Моя Бабби» так и звучало эхом в голове. Встречаются ли они? Было ли что-то между ними? Тот засос еще в прошлом месяце от кого? Скорее всего именно она оставила его. Очередной прилив ревности заставил стиснуть челюсти и сжать кулаки.
— Андер, тянуть с Данбаром больше нельзя. Нужно познакомить их с Мэтью. Он должен выяснить, может в их кругах что-то стало известно. Пора отправить его на первое задание. Думаю, он готов.
— Готов, еще как готов, — кивнул Якоб вместо потерянного друга, который многозначительно молчал.
Он не хотел чтобы Мэтью шел на задание. Он не готов, еще совсем глупый и безнадежный. Любой неверный шаг может привести к смерти и как бы сейчас старший не бесился, он переживал за жизнь Мэта.
Глава 17
Глава 17. «Держись от меня подальше»
Андер и Мэт избегали друг друга весь следующий день. При встрече в коридоре Мэтью делал вид, что Хатимана не существует. Будь его воля, он бы испарился из этого мира куда-нибудь подальше. Но как ни крути, последняя пара была у Андера и выхода не было, потому что быть снова избитым и сидеть в карцере за пропуск ему грозило больше всех. Парень понимал, что этот поцелуй ничего не изменит. Он ненавидел этот поцелуй. Ненавидел Хатимана. Чувствовал себя использованной куклой в руках тирана.
Бабби и Мэтью пришлось сесть вместе, потому что после вчерашник шуток в столовой Эйден обиделся на них и занял место рядом с соседкой Бабби. Пара началась с каких-то очередных историй про боевые искусства, но Мэтью не слушал, всячески пытаясь отвлечь себя от присутствия Андера. Ему было противно. Он чувствовал себя дерьмово, особенно после сегодняшней ночи.
— Как спалось сегодня? Выглядишь весь день так, будто в мясорубке был, — прошептала Бабби. — Опять что-то случилось между тобой и Андером?
Мэтью резко перестал дышать, но тут же успокоил себя. Бабби точно не могла знать истинную причину.
— Нет, он тут ни при чем. Просто не мог уснуть.
Не мог. Вообще никак. Всю ночь вертелся из стороны в сторону. Он хотел задать только пару вопросов: «Зачем был этот поцелуй? Что за идиотская улыбка в конце?». В конечном итоге, в третьем часу ночи парень пошел к Андеру. Ему нужно было услышать ответ, потому что без него теперь Мэтью не смог бы уснуть. Но когда рука поднялась над табличкой с именем старшего, его окликнул Якоб, комната которого была следующей после Хатимана.
— Что это ты тут забыл? В крыле старших делать нечего, — хмуро сказал парень.
Якоб был уставшим, но не сонным, будто он тоже не мог уснуть и занимался чем угодно, только бы не думать о Сэмуэле. Старший явно был не в духе. Мэтью тоже. Он злился из-за того, что Якоб увидел их в проклятом спортзале.
— Мне нужно поговорить... с ним.
Мэт неопределенно кивнул в сторону двери и Якоб от чего-то вдруг стал выглядеть еще смурнее. Якоб, как и Эйден, обладал талантом подмечать детали, на которые другие не обращают внимания. Мэтью влиял на его друга и здесь даже не нужно быть экстрасенсом. Андер изменился, только черт знает в какую сторону.
— Его нет в комнате, он у Лин.
— Ну, хорошо, — пожал плечами парень и собрался уходить.
— Будь с ним осторожен. Ты умный и хорошо его знаешь. Андер не умеет любить и может причинить очень много боли.
Мэт слушал это все не поворачиваясь. Так и стоял спиной, а потом кивнул и пошел по коридору, прокручивая слова Якоба сотню раз. Да нет у них никакой любви! Он просто чувствовал себя использованным. Он отвечал на поцелуй даже сам того не понимая, потому что человек привыкает ко всему — Мэт привык к командам Хатимана. И тогда, лежа под ним, он думал, что делает правильно, но теперь понимает — Хатиман никогда не подключит сердце. Он просто эгоист, который правит окружением как марионетками и Мэтью ненавидел себя за то, что позволил сделать это с собой.