— Приличие в такое время последнее чему стоит уделять внимание. Нас всех могут убить в любую секунду.
— Об этом мы и хотели поговорить, — сказал Андер.
Старший все таки присел в соседнее от Мэта кресло и начал рассказывать все с самого начала. Мэтью тоже внимательно слушал и наблюдал как на лицо Фернандеса ложиться тень ужаса. Мужчина тут же прогоняет ее, старается показать, что все под контролем.
— Убили его человека, значит, — задумчиво произнес директор. — Получается, что у них есть информация о каждом из вас. Если они узнали даже про Мэтью, о Бабби и речи быть не должно... только откуда у них так много информации?
Младший нахмурился, глядя на Андера. В немом взгляде был большой вопрос.
— Данбар предложил отправить ее к убийце на разведку, — пояснил Андер.
— Ну, это уже совсем перебор! — скривился Мэтью. — Дураку понятно, что это верная смерть. У вас что слишком много народа стало и вы решили уничтожить половину? Мать вашу, — Мэтью устало потер лицо, — я не позволю вам.
Если бы ситуация была другая и перед Фернандесом стоял бы не Мэтью, наверняка он уже оказался на пути по дороге в карцер. Но все было так, как было и директор смиренно слушал младшего. Он чувствовал свою вину, да и парень больше не числился солдатом. Вильгельм своих слов на ветер не бросает.
— У нас не было выбора. Мы пытались придумать более выгодный для нас поворот. Понятно, что теперь нужен новый план. Бабби будет в безопасности.
Мэтью промолчал. Директор тяжело вздохнул.
— Ладно, мне нужно подумать и созвониться с Данбаром. Идите, скоро ужин. Твоя комната свободна, — сказал он.
Парни вышли из кабинета и медленно поплелись не второй этаж. Солдаты не обращали на них внимания. Мало ли какое задание было у Мэтью. Вернулся и вернулся, главное не в гробу. Только последнее время даже это перестало удивлять.
На третьем этаже возле спальни Андера они наткнулись на Лин. Она закрыла свою дверь на ключ, вяло улыбнулась, обняла парней поочередно и встала перед ними, нервно теребя рукава кофты.
— Как ты? Почему вернулся?
— Так получилось. Фернандес потом все объяснит, — ответил Мэт.
Девушка кивнула и быстрыми шагами пошла по коридору. Она смирилась с произошедшим, но когда увидела их сейчас вместе, заболело с новой силой. Она сама себя не понимала. Куда делась та Лин, которая билась за свое до крови. Она ведь любит Андера и думает, что больше никогда не сможет полюбить другого. Наверное, именно поэтому она ничего не предприняла. Потому что счастлив Андер и для нее это главное.
— Лин!
Мэтью побежал за ней. Андер не стал им мешать и зашел в комнату. Он понимал, что Мэт должен поговорить с ней. Некрасиво оставлять все так как есть.
— Слушай, прости, что так вышло.
— Все хорошо, — кивнула девушка. — Вы любите друг друга и вы милые. Не переживай обо мне. Я солдат и у меня полно других забот.
Лин погладила Мэта по щеке, словно заботливая сестра, и снова пошла вперед. От слез защипало глаза. Она старалась не всхлипнуть. В этих стенах она не имела права реветь словно маленькая девчонка. Она солдат. Старшая. Она самая сильная из девушек.
Когда Мэт зашел в комнату Андера, тот раздевался. Грязная черная кофта полетела в контейнер для белья. Вечером нужно будет отдать в прачечную. Груда мышц переливалась под смуглой кожей, усыпанной татуировками. Старший принялся расстегивать ремень, чтобы снять джинсы. Мэтью тут же отвел взгляд, делая вид, что светильник на тумбочке возле кровати очень интересный. Андер усмехнулся, шагая к нему.
— Ты что смущаешься? Как-то слабо верится.
Мэту понадобилось собраться, чтобы уверенно взглянуть в карие глаза. Полуголый Хатиман стоял перед ним.
— Когда такое было, чтобы я перед тобой смущался? — ответил младший.
Андеру нравилась эта игра. Он взял руки Мэта в свои и притянул его к себе, заставляя обнять. Горячая кожа обожгла ладони. Мэт стоял очень близко. Их губы едва не касались.
— Ты такой смешной сейчас, — прошептал Андер. — Стесняешься чего-то. Помнится мне, что первый раз в этой комнате ты был храбрее.
— На слабо берешь? Кто из нас ребенок?
— Ты, конечно.
Мэтью фыркнул и поцеловал Андера, прижимаясь к нему еще сильнее. Их прервал телефонный звонок. Мэтью достал телефон из кармана и ответил, прижимаясь лбом к твердой груди напротив.
— Да, Зак... я в САНУ.
Андер выпустил младшего из объятий и продолжил переодеваться. Он и правда чувствовал себя ребёнком, когда ревновал Мэта к Заку и старался не показывать этого. Потому что на встрече он видел как Закари смотрит на Мэта.
— Помирились... — продолжал говорить Мэт, горько усмехаясь.