Дом был сложен из разномастных камней. Низкие потолки примерно два двадцать и не большие окна около семидесяти сантиметров на один метр. Внутри стены отштукатурены и побелены. Интерьер примитивный и грубый.
Снаружи дом не отделан. В местах стоков и соприкосновения с землёй зарос мхом. По одной из стен вились толстые ветви винограда, совершенно запущенного и не ухоженного. Коричневая черепичная крыша выглядела не плохо.
Участок был примерно двадцать на сорок метров и огорожен каменным забором. Двор перед домом выложен плитняком. В местах, где редко ходят, он зарос травой. Вдоль забора росли не известные кусты, листочки только начали пробиваться, поэтому распознать их я не могла.
На заднем дворе стояла конюшня и то ли сарай, то ли амбар. Конюшня чистая, со свежим сеном, а в ней худая лошадь с болезненными глазами. Да уж. В сараяе, будем считать это здание таковым, были тюки сена, мешок овса, садовые инструменты и много разного хлама.
Так же на заднем дворе был не большой огородик и колодец. Земля вскопана, но её не разравняли граблями. Из воспоминаний Марлен выяснила, что здесь её мама сажала зелень и некоторые корнеплоды: белая свёкла, морковь и репа. Не густо, но лучше, чем ничего. Из тех же воспоминаний узнала, что в одном из углов ещё осенью посажена петрушка и щавель. Возле сарая растёт яблоня, а под ней лавочка. Всё остальное, так же, как и на переднем дворе, выложено плитняком.
Вернувшись в дом, я пошла искать Ричарда, как самый старший, не считая меня, он должен понимать в жизни побольше.
-Ричард, - он нашёлся на кухне, - как думаешь, где можно заработать побольше и побыстрей?
-Нет! Даже не вздумай! – он подскочил ко мне и схватил за плечи.
-Что? – и тут до меня дошло, о чём он подумал, - Нет! Я не об этом!
-Если бы у нас была лавка, как при деде, то мы бы не оказалось в таком положении, и тебе не пришлось бы думать о таком, - брат весь поник и выпустил меня из своей хватки.
Не понимая, о чём он, я начала копошиться в голове. И нашла там воспоминания о лучших временах, когда её дед по линии отца был жив и держал лавку тканей, а отец и мать работали там. Но десять лет назад дедушка умер, а вместе с ним и его дело. Удивительно, что Ричард помнит. Как так вышло не понятно. Да и не важно теперь.
Зацепив тему продаж, я ниточка за ниточкой начала вытягивать информацию из своей головы. Но вопросы всё равно оставались, а задать их я могла только одному человеку.
-Скажи-ка, мне брат, а когда тебя переведут из ученика в помощники?
-Не знаю, как только посчитают, что я готов. Но не думаю, что дождусь. Некоторые и десятилетиями в учениках ходят, - он вздохнул.
-Значит, ты бесплатный труд, оплату тебе не поднимут в ближайшее время, - почесала я подбородок, - а у тебя есть что-нибудь, что ты изготовил сам?
-Мари, ты чего? Все табуреты в доме - это моя работа, - удивился он. Вот дура! Надо было сначала подумать, вспомнить.
-Да, точно, забыла. Что-то последнее время всё как в тумане.
-Это из-за болезни. Ты ещё слаба. Я сейчас приготовлю что-нибудь.
-Я помогу.
С едой, после того, как соседи поделились, было не так плохо. Крупы, мука, соль и сахар в пятикилограммовых мешках, корнеплоды, выращенные на заднем дворе, много сухой зелени и ягод. А так же ещё пару мешков разных овощей. Нужно перебрать.
Ричард быстро растопил печку и принёс воду. В это время я почистила морковь, лук и найденную в мешках с ассорти красную свёклу, а также головку начавшего портится чеснока.
В итоге сварили свекольник, нажарили лепёшки на муке и воде, потерев об них чеснок. Самое то в нашем положении, мы все ещё не отошли от болезни, а в свёкле очень много витаминов, также, как и в чесноке.
Ужин получился поздним. Ели молча. Дети подчистили тарелки до блеска. Удивительно! Моих племянников попробуй заставь. Поковыряются в тарелках и уйдут голодные.
Пока Ричард кормил лошадь, я поставила греться воду для мытья в помывочной. Там стояла большая деревянная лохань, в которой и купалось всё семейство. Канализации и водопровода нет, поэтому носить всю воду приходится ручками.
Первой купалась Паула. Из моющих средств для тела было только мыло, похожее на хозяйственное и настойки из трав для волос. Еле вытащив сестру из воды, я поклялась, что больше не буду её купать. Её пятнадцатиминутный плач из-за того, что я не разрешила купаться подольше, заставил дëргаться мой глаз.