На всю жизнь запомнил как дед меня частенько кормил жаренной селёдкой. Вот уж не думал, что она в таком виде вкусная.
Ну и шкодил потихоньку. Ой блиннн… Как-то раз, когда на улице было около 40 градусов мороза, я сидел на табурете в спальне родителей и задумчиво рассматривал несколько разнокалиберных флаконов отцовского одеколона. Тут был зеленоватый «Шипр», круглый бутылёк желтоватого одеколона «Тройной». Просто незамысловатый флакон, где с этикетки смотрело лицо причёсанного, а может прилизанного мужчины, а внизу простенькая надпись «Одеколон для мужчин» и ещё один бутылёк просто — «Одеколон», а внизу профиль наверняка древнего грека с лавровым венком на башке. Открыл каждый флакончик и с чувством понюхал. Да…, разница есть. А если их слить в один — Какой запах будет?
Сказано, сделано. Слил всё это в одну водочную бутылку, помешал, понюхал. Хммм…! Да никакой разницы и вылил всё это в один круглый и пузатый флакон из-под «Тройного». Как раз под пробочку. И всё это вернул на полку.
Прошло несколько дней и до приезда родителей оставалось дней десять и как раз они приезжали на 8 Марта. Хммм! Теперь надо было подумать и сделать матери какой-нибудь подарок. Через полчаса копанья в глубине шкафа, я обнаружил отрез приличного материала. Вытащил его на середину комнаты. Критически осмотрел его и удовлетворённо покивал головой — А что!? Неплохой носовой платочек может получиться. Вооружившись большими ножницами и не долго думая, отклацал на мой взгляд квадратный кусок ткани и с досадой поморщился. Мой квадрат больше походил на слияние круглого с прямоугольным, с косым сторонами. Так…, а если повторим, но более аккуратно… Во… Уже лучше. Тогда учтём ошибки и ещё раз отрежем. Вот теперь — нормально. Так…, слегка крайчики подогнём и мелкими шовчиками подошьём. Через час старательного сопенья носом скептически осмотрел получившийся носовой платочек. Мда… Маловат что-то получился и вот тут шовчики кривоватые. Надо повторить. Таких повторных подходов было ещё несколько, но всё-таки добился своего и теперь был уверен, что порадую мать своим подарком.
Всё произошло, как я и думал. Родители заявились домой 8-го Марта под вечер и в течение часа в доме стояла радостная суматоха, когда распаковывались чемоданы и оттуда доставались привезённые с Большой Земли подарки. Я получил дежурный подарок новые штаны и рубашку, но ждал всё-таки настоящего подарка и наконец-то получил его — толстенную книгу сказок. Я как научился читать, так пристрастился к чтению именно сказок и был просто счастлив от такого подарка. В этом сборнике помимо русских народных сказок, было несколько современных сказок и сказочных повестей на фантастические приключения школьников. Но радость от подарка была притушена, когда в большую комнату из спальни шагнул отец с флаконом одеколона в руках, отчего я откровенно заскучал.
— Отец, а что ты делал с одеколоном? — Обратился он к деду, наблюдавшего за разбором багажа.
— Да ничего… А что?
— Да вот… Всё в одном флаконе…, — теперь он требовательно смотрел на меня.
Пришлось врать и я бухнул первое пришедшее на ум враньё: — А это было домашнее задание от Лидии Михайловны…., — и в этот момент открывает дверь и заходит Лидия Михайловна, просившая мать перед отпуском кое-что привезти из Костромы. Мне стало совсем тоскливо, когда отец, улыбнувшись на приход приятной женщины, непринуждённо мотнул флаконом в воздухе, задавая вопрос: — Лидия Михайловна, а что за опыты с одеколоном вы задаёте ученикам на дом?
Осторожно взяв в руки протянутый флакон, чуть-чуть, как умеют женщины, понюхала, посмотрела на меня, опустившего виновато голову, внимательным взглядом, потом на отца. Быстро прокачала в голове ситуацию и невинно прощебетала: — Да…, задавала такое задание. Справился, Борис, с этим…
Отец забрал круглую посудинку из её рук и весело усмехнулся: — Это хорошо, что он его ради опыта не употребил во внутрь….
Фууу…… слава богу, обстановка разрядилась и я с благодарностью посмотрел на учительницу. А когда она ушла, торжественно вручил матери подарочек и поздравил её с 8-м Мартом. Мать заулыбалась, когда я напыщенно пытался сказать поздравление, но её лицо мигом изменилось, когда она развернула корявенький носовой платочек.
— Ой… Борька, ты что наделал!? — И стремительно кинулась под моим недоумённым взглядом к шкафу.