Но тот, не проронив ни слова, крепко схватил сдающего за запястье. Сдающий попытался вырвать руку, но Ретт Батлер был куда сильнее.
Пальцы сдающего разжались, и колода осталась на столе.
Игроки в карты переглянулись, но никто не решился остановить незнакомца, так нагло прервавшего их игру.
Единственный за столом, кто оставался невозмутимым, был Копало. Он сидел, скрестив на груди руки, и нагло смотрел на Ретта Батлера.
— Сыграем? — спросил Ретт, обращаясь к Копало.
Тот кивнул.
И Ретт одной рукой принялся сдавать карты. Положив по пять перед собой и Копало, Ретт Батлер бросил колоду на середину стола.
Первым поднял свою сдачу Копало. Он раздвинул карты веером. Ему пришла тройка из королей, остальные две карты явно стоило сменить, ведь девятка треф и шестерка пик были ему ни к чему.
Но Копало не спешил, ведь еще и Ретт Батлер должен был посмотреть свои карты.
Тот словно нехотя раздвинул веер. На руках оказалась тройка тузов и тоже ненужная мелочь. Комбинация конечно же была не из лучших, и Ретту Батлеру тоже стоило сменить две карты.
Мужчины переглянулись.
— Две, — процедил сквозь зубы Копало, бросая рубашками вверх две карты и оставляя себе тройку королей.
— Тоже две, — ответил Ретт Батлер, сбрасывая карты.
Но после обмена карт комбинации не улучшились ни у Копало, ни у Ретта Батлера.
— Будем спорить или сразу откроем? — спросил Копало, пристально глядя в глаза незнакомому ему молодому мужчине.
Ретт Батлер открыл свой веер одновременно с Копало: тройка тузов накрыла тройку королей. Выиграл Ретт Батлер.
Это была странная игра, за которой пристально следили другие картежники, ведь играющие не договорились о том, что ставят на кон.
И все их действия казались бы бессмысленными, если бы не та уверенность, с которой держался Ретт Батлер и не та осторожность, с которой вел игру Копало.
— Хорошо, ты выиграл, — бесстрастным голосом произнес бандит, вновь откидываясь на спинку стула и скрещивая руки на груди.
— Да, выиграл, — ответил Ретт Батлер.
— Но мы не договаривались, на что играем, так что можешь идти, приятель.
— Ты сам знаешь, что поставлено на кон, Копало, — сказал Ретт Батлер.
Услышав свое настоящее имя, преступник сузил глаза.
— И что же? — спросил он.
— Мы играли на твою жизнь, — Ретт Батлер говорил абсолютно спокойно, как будто бы о самых незначительных вещах, словно такие разговоры ему приходилось вести десять раз на день.
Рука Копало медленно потянулась к рукоятке револьвера.
Ретт Батлер даже не шелохнулся, только следил глазами за движением преступника.
Тот, чувствуя, что успеет выстрелить первым, выхватил оружие и взвел курок.
Но Ретт Батлер оказался проворнее. Он схватил Копало за запястье и заломил ему руку за спину. Преступник с размаху ударился лицом о стол и застонал.
— Так-то лучше, — сказал Ретт Батлер, хотя понимал, что первый успех, достигнутый им из-за неожиданности нападения, недолговечен.
Вскоре Копало придет в себя и тогда ему придется не так-то легко.
А Хромой Джек уже успел отыскать двоих приятелей Копало.
Один из них сидел в кресле у парикмахера и блаженствовал, ведь впервые за целую неделю он брился. Обильная мыльная пена укрывала щеки злодея, и парикмахер уже заносил бритву, чтобы побрить клиента.
Второй преступник ждал своей очереди, потирая тыльной стороной руки колючую щеку.
За застекленной дверью парикмахерской возник вымокший до нитки Хромой Джек. Он постучал костяшками пальцев в стекло.
Сидевший в кресле преступник тут же обернулся к двери и остановил руку парикмахера с бритвой.
— Боб, — бросил он своему приятелю, — посмотри, чего хочет от нас Хромой Джек.
Тот открыл дверь и вышел на улицу. Нищий тут же принялся объяснять ему, что к чему. Конечно же, Хромой Джек не выдал себя, рассказав о том, что указал Ретту Батлеру на Копало. Его рассказ выглядел вполне правдоподобным.
— Ваш хозяин в опасности! — тараторил Хромой Джек. — Если вы, ребята, не поспешите ему на помощь, то может быть поздно.
Получив от бандитов еще десять долларов, Хромой Джек отправился за ними в салун, чтобы пропить их.
А Ретт Батлер и Копало в это время оказались в центре внимания. На них были обращены взоры всех посетителей салуна.
Перегнувшись через перила галереи, зрители подбадривали то одного, то другого из дерущихся.
Даже делались ставки. В основном, ставили на Копало, ведь Ретт Батлер явно проигрывал тому в мощности телосложения.