В конце марта я в новом длинном протоколе. Четвертом по счету. Возлагаем на него большие надежды. Четвертая пункция, восемь ЯК, пять оплодотворились. Припеваючи приходим на перенос, в котором даже сомнений нет. А врач просит нас пройти в его кабинет. О-о. Все эмбрионы отвратительного качества, ни один непригоден к переносу. Мы в ступоре. Врач опять подтверждает свою теорию о плохих яйцеклетках. Говорит, что часто в таких случаях нужна донорская, но он хотел бы побороться за мои клеточки, т. к. предыдущий протокол, где была одна ЯК хорошего качества, дал ему надежду на то, что будут и еще. Просто нужно их поймать. Скорее всего, нужно готовиться к еще нескольким попыткам, либо, если мы больше не хотим мучиться, то идти с донорской, но ведь и это не гарантия, и он настойчиво рекомендует ждать свою клеточку. Говорит, что если она проскочит, то все получится. Мы решили довериться доку. Этот провал я пережила достаточно спокойно. Я видела цель, мы сменили протокол на короткий, была весна, я опять была полна надежд. И Веры. Веры в то, что у нас все получится, что мы станем родителями, несмотря на все испытания. Мы должны вставать и идти дальше.
В июле я в коротком протоколе. Все кажется легче и проще. На последнем УЗИ перед пункцией видно только две ЯК. Мы опять в шоке, что делать? Идти на заведомо провальную пункцию, после которой даже переноса, скорее всего, не будет или «чему бы грабли не учили, а сердце верит в чудеса»? Док наш говорит не мучиться, идти опять на длинный протокол и все. Но мы упрямые. Покатили на пункцию. А тааам. ЧЕТЫРЕ!!! Клетки!! Целое богатство! И даже перенос! И даже двоих! Ну, думаю, вот оно! Вопреки всему все получится. Нет. Сердце опять вдребезги. На миллион осколков. В первый раз мочила тесты. Ну чтобы побольнее. И они даже чего-то там показывали. Я подозреваю, что была тогда биохимическая беременность. Вот. А нам в отпуск ехать.
14-й ДПП приходился на десятую годовщину нашей свадьбы. Какой мог бы быть шикарный подарок. Но это не про нас. Увы. Едем дальше.
Октябрь 2013-го. Короткий протокол. Пункция. Две клетки. Одну переносят, чему мы, конечно, очень рады. Но примерно на шестой ДПП я чувствую, что это пролет. Это был шестой протокол. Тут ко мне приходит осознание того, что так нельзя. Нужно жить. Успевать жить. Я пытаюсь найти себя прежнюю, собрать по кускам. Вспоминаю, что есть вещи, которые меня радуют. И я могу им радоваться. И что не нужно думать каждую минуту о новом протоколе, носить этот чемодан с собой все время. Эта мысль приносила облегчение. И мы взяли паузу. А может, и не паузу. Может, и вообще не пойдем больше в протокол. И эта мысль меня не пугала. Я ходила на йогу, пила витамины и отращивала дзен. Получала удовольствие от каждого дня. От встречи с подругами, от свидания с мужем, от прочитанной книги, от еды, от хорошего фильма. Поняла, что дети к истеричной зареванной мамаше не придут. Надо брать себя в руки, отдирать морду от асфальта в очередной раз и что-то решать. Взяли меня на лапароскопию и гистероскопию. По ее итогам и смотреть. А там все прекрасно. И с проходимостью труб, и с эндометрием. Это был февраль. А в марте я опять в коротком протоколе. Не планировали в него идти изначально. Не было ни денег, ни желания. Но меня подтачивало что-то прямо изнутри, что надо идти. Чтобы хотя бы знать, что мы и этот шанс использовали и были в протоколе сразу после гистероскопии, что якобы может влиять на хороший результат. Стимуляция. 11 клеток, девять из них рабочих. Пять оплодотворились, две на перенос, один из них отличного качества. На пятый ДПП я увидела призрак. Мне снились положительные тесты, были ночные оргазмы, и я знала с самого первого момента после переноса, что это победа. Не могла в это поверить, но знала. На 16-й ДПП ХГЧ 868, на 18-й ДПП 1592. На седьмой неделе УЗИ с сердцебиением, меня уже вовсю мучил токсикоз, так что сомнений никаких не было. Только не знали точно, один там малыш или двое. А когда сказали, что один, то я знала, что это девочка там упертая поселилась и живет. Ну а дальше началась уже совсем другая история. Если вкратце, то беременность была тяжелая из-за ужасного, непрекращающегося токсикоза, за беременность я похудела на 13 кг, лежала в больнице под капельницами неделю, т. к. ацетон в моче зашкаливал, уже боялись за почки. Ну а потом начался гестоз и преэклампсия, экстренное кесарево на 31-й неделе. Вера родилась недоношенная, с отставанием в весе, с весом 1215 г и ростом 36 см. Мы провели в больнице два месяца. Сейчас у нее все хорошо!