Вокруг нас собралась почти вся банда. Каждый понимал, что я обращаюсь не только к этому штурману, что попала под руку, но и ко всем остальным находящимся здесь. И досталось бы каждому, если времени у нас было не в обрез.
-Значит так. Теренс, мать твою! Берёшь этих упырей и гонишь с ними до тридцать второго и узнайте, что у них там за чертовщина произошла. Если не приедете сюда в течении часа — уедем без вас. Держим связь на основном канале. Остальные — занять оборону. И не зевать мне тут.
Мой друг и коллега быстро смекнул, насколько мне не нравится эта ситуация и самолично сел за руль одной из машин, выкинув из неё водителя. Два других транспорта тут же рванули за ним на всех парах. Остальные же братки тут же начали сгонять свои машины в импровизированную линию обороны, создав из корпусов полукруг, который тут же ощетинился тремя сотнями пушек во все стороны. Пусть только попробует сюда подойти хоть какой-нибудь незваный ублюдок. Его тотчас накормят свинцом до сыта. Три сотни стволов — это не шутки, а сила, с которой надо считаться.
Я забралась на одну из машин и активировала бинокль в окулярах шлема. Обстановка удручала. Солнце уже почти полностью село и с минуты на минуту на это скверное место опустится тёмная ночь. Мне совершенно не хотелось здесь ночевать, но выбора у нас уже не было. Конечно, можно было бы бросить эту машину, но это не лучшим образом может отобразиться на боевом духе. Одно дело, когда тебя посылают с определенным сроком и предупредив, другое — когда вот так бросить своих людей, даже не проверив их.
Прошло не менее двадцати минут, прежде чем я сама вышла на связь с Теренсом. Его группа не подавала сигнала, и я начинала переживать, что с ними может тоже что-нибудь случиться. Но, как выяснилось, совершенно зря.
-Теренс. Говорит Эрика. Приём. Что у вас там? Почему не подаем сигналов. Вы что, совсем страх потеряли? — использовала я встроенную в броню рацию.
-Тебя слышу. Почти доехали. Видим их машину на горизонте. Скоро будем на месте. Но, мне кажется, что тебе пора готовиться к плохим новостям. Их тачка просто стоит. Фары не горят. На световые сигналы не отвечают.
-Окей. Выйди на связь, как только доберётесь до неё. Жду. И, в случае чего, педаль в пол и сюда. Я задерживаться здесь на лишние минуты не собираюсь.
Ночная тишина опустилась на этот покинутый Сверхгород. Должна сказать, что это было очень…странное ощущение. За свою жизнь я привыкла к тому, что даже в самую непроглядную и тихую ночь можно услышать музыку, гул транспорта за окном, разговоры бродяг. И эта темнота. Она пугает меня. В Сверхгородах не может быть темно. Сотни баров, магазинов, мастерских и жилых комплексов освещаются круглые сутки, не говоря уже об обычном уличном освещении и вывесках. А здесь же была настоящая темнота. Казалось бы, ещё немного и сквозь извечные облака можно будет рассмотреть звёзды.
Этот заброшенный город действовал мне на нервы. И не только мне. Парни и девушки, что были со мной тоже начинали подавать признаки беспокойства. Шутки стали редкими, разговоры — тихими. Все стояли на своих местах и иногда боязливо озирались по сторонам. Не помогало от этих чувств ни куча стволов, ни включённые световые системы.
-Эрика, у меня плохие новости. Парней нет. — раздался голос по рации.
-Что с ними случилось?
-Черт их знает. Автомобиль стоит нетронутый. Нет ни намёка на какое-либо происшествие. Ни крови, ни вмятин, ни гильз. Будто тачка просто остановилась и весь народ ушёл куда-то. Все 12 человек. Разом. В неизвестном направлении, не оставив даже малейших следов. Пушки и то, тут лежат. И ни единого отпечатка на песке. Просто взяли и растворились в воздухе.
-При этом счётчики Айзеля вокруг просто бесятся. Тут от дороги через десяток метров начинается такой мощный уровень опасности, что идти дальше — самоубийство. — произнёс другой человек в отряде Теренса.
-Проверьте транспорт. Всё ли с ним порядке. И извлеки чёрный ящик из неё. Приедем домой — изучим, что у них там произошло. Зря что ли устанавливали их?
Следующие пару секунд я слышала лишь глухой хрип двигателя, ругань Теренса, звук открытия капота и очередную порцию отборной ругани. Мне уже всё стало ясно.
-Тут херня какая-то. Двигатель в порядке, батарея заряжена, контрольный чип исправен, а машина ни в какую не заводится. Я не механик, ничего более сделать не могу, да ещё и с ограниченным запасом времени. Может, внутри что-то навернулось или ещё какая-нибудь чертовщина случилась.
-Ладно. Положи на эту тачку болт. Бери пушки, чёрный ящик и гоните сюда всей толпой. Нам немного осталось. Скоро покинем это сраное место. Жду вас.
-Ты хочешь похоронить здесь ещё один свой автомобиль? Могла б кого-нить разбирающегося в технике послать. Но, ладно. Скоро будем. Мы уже почти погрузились. Конец связи.
И снова тишина обрушилась на меня. Я забралась в машину, легла на сидения и включила радио в надежде развеять эту пустоту, хотя знала, что это бесполезно. Колонки смогли извлечь только статичный шум. Я впервые начала жалеть, что взялась за эту работу, хотя мысль о получении миллионов всё ещё радовала меня. Достав из-под сиденья бутылку пивка и вскрыв её, я без удовольствия отхлебнула горько-сладкую жидкость. Эх, сейчас бы чего покрепче, да с настоящим алкоголем. А ещё бы лучше принять чего-нить мощного и стимулирующего, но, даже благодаря лёгкому пиву, организм начал чувствовать себя легче и расслабление. А там и вторая банка подоспела. И третья. Вот уроды, говорила же, что брать алкоголь с собой нельзя.
Через минут десять приехал Теренс, чему я была несказанно рада. Дойдя до него на негнущихся ногах, я облокотилась на него и произнесла:
-Думаю, нам лучше стоит остаться на ночь в этом месте. Желания колесить по этому сраному городу непроглядной ночью у меня совершенно нет. Так что, будь другом, организуй дежурства, оборону и всё прочее. А то рубит меня уже конкретно.
-Знаешь, ты сейчас ужасно хреново выглядишь…
-Ты тоже давненько в зеркало не глядел…
-Иди спать. Я обо всём позабочусь. И, ради себя, держи рацию под рукой, а дверь запри. Я очень опасаюсь того, что на нас могут напасть под покровом ночи. Нам необходима максимальная осторожность. Но, можешь положиться на меня, я обо всём позабочусь.
-Теренс, ты иногда такой душка. И тебе всего хорошего. — произнесла я, после чего забралась в грузовик и уже спустя пару минут уснула беспокойным сном прямо в броне, лёжа на неудобных сиденьях.
Фаза V
Я проснулась ещё до того момента как Солнце начало подниматься. Над лагерем стояла практически абсолютная тишина. Теренс спокойно дремал на передних сиденьях, не обращая внимания на то, что они до неприличия жёсткие и неудобные. Порой, меня поражала его способность игнорировать абсолютно любой комфорт.
Выбравшись из кузова, я оглядела лагерь. Практически вся братия дружно дрыхла в своём транспорте. Но, около полусотни людей неустанно несли караул, охраняя нас от внезапного нападения. Часть из них патрулировала лагерь, часть грелась в машинах, а часть просто беседовала в кругу вокруг костра.
Сев на пол кузова, я достала из-под сиденья синтетический белковый блок и бутылку с водой. Дневной голод начинал о себе давать знать. И хоть на вкус — это отвратительнейшая вещь, после которой во рту как будто горсть муки проглотил, зато убивает голод на весь день. К сожалению, на контракте не до нормальной готовки, да и еду сюда не закажешь. А что-нибудь, что может храниться столь же долго, сколько пищевые блоки, наверное, не существует в принципе. Что говорить, когда срок годности такой штуки может доходить до двух десятков лет. Главное — не допускать попадания влаги.
После этого отвратительного и безвкусного завтрака я забралась на машину и попыталась связаться хоть с кем-нибудь во «внешнем» мире. Однако, радиостанция упорно продолжала отказываться принимать сигнал. Затем я одела шлем и включила бинокль в его окулярах. За ночь окрестности ничуть не изменились. Разве что наши следы замело. А так — как было это место полностью мёртвым, так мёртвым оно и осталось.