Информация долетела до Пратимы быстрее, чем я успела сделать шаг. Видимо, кто-то из персонала — может, тот самый второй администратор со смены, которого не было на месте, — уже поспешил доложить ей о скандальном клиенте. Она уже двигалась в нашем направлении в сопровождении второго стажера — моей коллеги Иры.
Обе подошли и сладко улыбнулись Михаилу, носившему по юности кличку СМИ, так как ни одной трешовой истории без него не обходилось. Да и ФИО его сокращалось именно до этой аббревиатуры.
Пратима растянула губы в приветливой гримасе. Обычно тяжелые складки на ее щеках смягчились. Никогда не видела у нее такого выражения лица. Начальница вдруг перестала походить на бульдога.
Даже она не могла позволить себе стоять с недовольной рожей рядом с клиентом. Клиентом… но как Миша смог разориться на отдых в «Эдеме»?
Парень, конечно, казался мне в школе практически гением, но не верю, что смог бы стать таким богачом. И теперь я чувствую себя не только униженной в сравнении с тем, как он смог подняться, так еще и снобом, что не верила, как этот, временами, настоящий дебил, вообще выбился в люди.
— Здравствуйте, Михаил Иосифович, — запела Ира, переводя слова Пратимы. Ее взгляд лип к Михаилу, изучая, оценивая. — Спасибо за вашу внимательность. Отель обязательно учтет все пожелания. А наша сотрудница их запишет…
Ира сделала паузу, переводя взгляд на меня. В ее глазах мелькнуло что-то острое, любопытное. Я и так поняла, что сейчас скажет Пратима:
— …лично. Вам поможет Алиса.
Я удержала на лице маску вежливости. Щеки горели.
— Конечно, — сказала я. Голос звучал ровно, почти бесстрастно. — Только за блокнотом сбегаю.
Михаил все время разговора смотрел на меня, даже когда Пратима и Ира с ним говорили. Я таки не выдержала его взгляда и отвернулась, сделав вид, что все мое внимание приковано к коллеге.
Ира заинтересованно осматривала Мишу. О да, тот был симпатичным парнем, а сейчас мужчиной. Да и сам считал себя мистером совершенством.
Этот его образ сохранялся ровно до того, как он открывал рот.
Мы с начальницей двинулись в сторону ее кабинета, где я бы могла взять блокнот и ручку с логотипом отеля. Чтобы сделать вид, что все замечания этого душнилы для нас крайне важны. Хотя, кто знает, может, отель подобного уровня их действительно учтет.
— Он приехал с нашей VIP-клиенткой, — бросила Пратима на ходу по-английски. Ее хинглиш резал слух. — Наша задача… нет, ТВОЯ задача, чтобы она и ее гость уехали отсюда довольными. Присмотри за ними и сделай так, чтобы все их запросы были удовлетворены.
[[Хинглиш — смесь английского и индийского или же английский с сильным индийским акцентом]]
Я почувствовала себя сразу получше и не такой униженной. Конечно, я пока добилась в жизни немногого, но Мишка вообще, вон, альфонс. И это тот, кто совершенно не умеет понимать интимных намеков. По школе еще долго ходила история о том, как его позвала одноклассница сделать математику, а он довел ее до слез, так как она совершенно не знает даже базу, а решила пойти принять душ прямо во время урока. Интересно, как у Мишки обстоят дела в личной жизни сейчас?
Первый ответ на вопрос я получила, вернувшись с блокнотом. Ирки рядом уже не было, зато стояла какая-то дама в прикиде а-ля Мерлин Монро. Она была вся в белом: платье, струящееся по телу, и неестественно белые волосы с крупными волнами.
Мерлин обернулась в мою сторону, и я рассмотрела еще и красные губы и глаза с огромными стрелками. На фоне сдержанной роскоши холла она выглядела как арт-объект. Идеальный, без единой морщинки на платье, без потеков макияжа в тридцатиградусную жару.
В общем, выглядела дама идеально, но все равно очевидно, что она значительно старше Миши. Неужели моя мысль про альфонса верна? Да кому бы вообще Мишка сдался?
Михаил рядом с ней казался помятым, невыспавшимся. Темная щетина, растрепанные волосы. Но без очков, которые он носил в школе. Видимо, сделал операцию на глаза. И это ему шло: исчез привычный прищур глаз из-за подслеповатости даже в очках.
Миша устало потянулся, заложив руки за голову. Движение натянуло ткань его рубашки, обрисовав рельеф торса. Что ж, кое-что понять в его привлекательности для этой дамы я теперь могла.
Подняла глаза и встретилась взглядом с Мишей, который наверняка заметил, куда я только что смотрела. Я почувствовала, как краснею.
— И как записывать в таком тонком блокноте без подставки? — спросил Миша, отметив, что я не взяла с собой даже книги, чтобы подложить под записи. — И я не заметил у тебя бейджа. Если бы не знал тебя, то даже не представлял бы, как обратиться.