Я устраивала бедному парню эмоциональные качели, присоединялась к издевательствам над ним, прилюдно отрицала, что мы общаемся, и не поддерживала его даже в спорах с учителями.
Как я оправдывалась? «Ты сам себе жизнь портишь и идешь на конфликты». Или же еще что по смыслу того, что недавно сказанула Кейт. Как будто Миша сам во всем виноват. Даже при личном общении от меня он ни разу не получил поддержки.
А завершилось все тем, что я, его девушка и друг, Мишу использовала и выкинула. Нет, ничего не завершилось. Я настолько его обидела, что он перенес свою обиду вообще на всех дев.
И я не из тех людей, кто считает, что после того, как люди поиздевались друг над другом — они будут жить долго и счастливо. И не думаю, что мои чувства, которые к нему таки однажды возникли, оправдывают мои поступки.
Я могла сколько угодно за него переживать и беспокоиться, но важнее то, что я его использовала и измывалась над его чувствами. И парочка моих нынешних попыток поступить правильно и помочь ему хоть как-то нисколечко не оправдывают те ужасные дни.
— Ай! — вскрикнула от боли, когда ветка впилась в ступню.
За своими раздумьями, я не заметила, что пошла не в сторону отеля, а в какую-то другую, лесистую часть острова. Дорожка была уже слегка протоптанная, в темноте практически незаметная. Идти по такой босиком было плохой идеей. В руках не было обуви, а я даже не помнила, в какой момент ее где-то оставила. Наверняка, при разговоре или прогулки с Кейт. Тот острый разговор слишком выбил меня из колеи. Думаю, если найду то место на пляже, где мы с ней остановились, прежде чем забежать в море, я найду там свои сандалии.
Вот только… в какой стороне пляж? Вокруг меня были пальмы, кусты и папоротник, шум моря слышен, но с какой стороны — непонятно. Я еще и вспомнила, что здесь водятся ядовитые змеи. Конечно, они редко лезут к людям и отелю, но здесь, в столь дикой части острова могут же быть верно? Я боязливо переступила с одной босой ноги на другую и наступила на ту же самую ветку, из-за которой уже вскрикнула разок.
В этот раз я только вздрогнула и укусила себя за губу. Хотя покричать, наверное, будет правильно. Но я стояла и все не могла решиться. Как-то я привыкла все решать в своей жизни самостоятельно, может, и отсюда смогу сама выбраться? Остров большой, но очень обжитый, все же здесь расположен крутейший отель. Как бы я не погрузилась в свои мысли, вряд ли прошло более часа, я не должна была далеко уйти.
Я попробовала сделать несколько шагов, но становилось все темнее, и то, что подо мной именно тропинка я засомневалась. Теперь, когда я не неслась на огромной скорости, вся в мыслях, каждый шаг по неочищенной земле казался болезненным, а касания листьев папоротника казались то змеей, то паутиной, то и вовсе прикосновением.
Стоп! Время успокоиться. В страхе люди действуют необдуманно. Сердце продолжало бешено биться, а темнота пугала, но самое главное я смогла понять: если пойду дальше блуждать, то высок шанс заблудиться еще сильнее. От холода я точно не умру, диких зверей тут не водится. Так что сейчас стоит успокоиться и перестать представлять под каждым кустом что-то агрессивное и ядовитое.
Так, сосредоточиться на дыхании. Я прикрыла глаза, отрезая себя от теней и как будто даже каких-то вспышек света, которые пугали меня все сильнее, превращаясь в что-то страшное. От того, что я стояла с закрытыми глазами, меня начало покачивать. Видимо, от волнения. Поэтому я присела на корточки, обняв колени, в такой позе я чувствую себя в безопасности, да и она более устойчивая. Уперевшись лбом в колени, я снова закрыла глаза и начала отсчитывать свое дыхание, в надежде успокоиться.
Раз, два, три, четыре — вдох.
Раз, два, три, четыре — задержка дыхания.
Никаких змей рядом нет, Алиса.
Раз, два, три, четыре — выдох.
Раз, два, три, четыре — вдох.
И ни одна из них сейчас не спускается ко мне с пальмы и не касается моего плеча.
Раз, два, три, четыре — мой крик! Что-то коснулось моего плеча!
— А-а-а-а! — заорала, дернулась подальше от змеи и покатилась вниз с холма.
Я точно покатилась, но почему-то не было больно. Да и знакомый голос. Приоткрыла глаза, подтверждая предположение, что катилась с холма не одна, а в объятьях Миши.
— Ты чего молчал? — спросила у бывшего, открыв глаза и уперевшись взглядом в его грудь.
Вот он серьезно? Такой болтун, а именно в нужный момент решил сыграть молчанку.
— Чтобы не напугать, — ответил Миша, расцепив руки и попытавшись привстать.