Выбрать главу

Мне здесь не место!

Но я же знала, кем работает Лариса. Какого чёрта я попёрлась с ней отдыхать. Решила на халяву пройти в дорогое заведение, поглазеть. Будто я не знала, что бывает с такими как я – одинокими и беззащитными, которые шатаются с подружками-проститутками. Хотя какая Лариса мне подружка.

Я ещё раз огляделась по сторонам и решила сбежать пока не поздно.

Подбежала к двери, и вынужденно шарахнулась назад. На пороге появился тот самый мужчина из бара.

Часто, когда я не контролирую ситуацию, то начинаю злиться. Это может быть связано с разочарованием, и чувством несправедливости. Управлять я пока этим не умела. Видимо, хорошенько не получала. И хотя стоило сейчас вести себя паинькой, чтобы вылезти из этого кошмара, я наоборот…

Какая же я грубая!

Но он тоже охамел! Урод!

— Ты охренел?! — закричала я ему в лицо. — Какое право имеешь человека хватать?! Я, между прочим, гражданка этой страны!

— Впервые такое слышу, — посмеялся подонок, закрывая за собой дверь на замок.

— Я же не проститутка! Я обычная девушка.

— Попалась, обычная девушка? — посмеялся он, теперь рассматривая не просто пристально, а смеривая взглядом и причмокивая. — Как зовут? Откуда взялась?

А ведь он пил за барной стойкой, и казался мне не совсем трезвым, хорошенько так поддатым. А теперь стоял передо мной совершенно трезвый.

Высокий, крепкий, взрослый мужчина.

И мне бы сказать, что я люблю всё это, и даже полный комплект передо мной, но мне до ужаса страшно хотелось снять эти туфли, это платье, растрепать свои волосы и закричать, что нет.

Потому что этот человек богат.

А я ведь однажды пыталась понять, кто эти люди на дорогих тачках, с фотками в соцсетях со всего мира, на своих яхтах и в казино на небоскрёбах.

Рассуждения о том, что богатые мужчины имеют вседозволенность, могут быть опасными, приведут к стереотипам и предвзятому мнению, чего я избегаю.

— Богатство не должно быть связано с неограниченной властью или возможностью делать все что угодно. Богатые люди также подчиняются законам общества и должны быть ответственными за свои действия! — я пригрозила ему пальцем.

— Ты меня пугаешь, — ехидно усмехнулся мужик, сунув руки в карманы брюк, наклонился ко мне. — У меня секса не было почти год, я пришёл расслабиться. Не стоит считать, что все богатые мужчины одинаковы и ведут себя аморально, — речь чёткая, быстрая, он выдавал словно заготовленный текст. — Каждый человек уникален, и характер и поступки зависят не только от его богатства, но и от его ценностей, моральных убеждений и личности. Поэтому важно не падать в крайности и не обобщать богатых, а обращать внимание на их действия и поступки на индивидуальном уровне, а не исходя из их имущественного положения.

Нет, он точно трезвый. И признаки интеллекта на лицо. Это ещё страшнее… Что он вот такой трезвый. Что же будет с пьяным?

— Ты меня необоснованно оскорбила, и я подумал, что у тебя лёгкий недоёб. Решил пригласить тебя сюда, на уединённую беседу, — коварно продолжил он.

— Лапша скользит с моих ушей, — хмыкнула я.

— Пока ищем клитор, сдружимся.

Я моментально вспыхнула краской, надулась и сложила руки на груди, злобно уставившись на него. Но моя защитная поза, вызвала волну умиления у мужика, и рожу его перекосило: умильная улыбка, брови домиком, будто увидел трогательную картину.

Короче, пришлось прибегать к тяжёлой артиллерии. Как говорила моя бабушка:

— Товарищ, идите нахуй!

Сгореть в страсти

О, нет! Неправильно! Нельзя было это говорить и так себя вести!

Глаза озлобившегося мужика совсем пропали в тени широких бровей, сжались в напряжении губы.

Всё, сейчас ударит.

Ждать я не стала, когда он это сделает, начала головой думать, а не задницей! Я же опять на грани жизни и смерти, нужно выживать. Потом: у меня высшее психологическое, которое никогда меня не выручало, не потому что я дура, а потому что я теряюсь вот в таких ситуациях, и начинаю откровенно грубить. А нельзя, взрослая женщина, почти двадцать четыре, пора бы поумнеть.

— А ты не охренела, сиповка? — зло рыкнул незнакомец, именно рыкнул, иначе этот хриплый, низкий голос не описать.

Значение последнего слова я совсем не поняла, вообще впервые услышала, поэтому не сильно оскорбилась, а то, что охренела, сама поняла. Точнее он первый начал, и заволок меня сюда для одной только цели, которую мог бы достичь обычной приветливостью. Я между прочим, вот за таким мужчиной и пришла в бар.

Мне срочно нужно переубедить его, что так поступать нельзя.