— Я только свои вещи посмотреть! — льстиво заверила она. — А тут монеты под пальцами — бряк, бряк! Ты богатый мальчик! Как тебя зовут?
Ки Шо молча смотрел на нее и тихо поражался внутри. Ведь только что пинала бессознательного! А теперь улыбается льстиво — и норовит выведать то, что ей знать не положено!
Девушка под его взглядом аккуратно опустила сумку к ногам Ки Шо и осторожно отодвинулась.
— Ты чего, мальчик? Я же просто посмотрела…
И тут раздался глухой стук копыт. Ки Шо в своей недолгой жизни ни разу не слышал таких звуков, но сразу понял — так могут скакать только вооруженные воины по обработанному полю!
Дальнейшее он делал на инстинктах запуганного крестьянина. Одним движением подтянул к себе сумку и спрятал под подолом широкого балахона ученика аптекаря. Другим движением — зачерпнул немного грязи и мазнул по лицу девушки. Она, конечно, успела отклониться, но это же грязь! Несколько капель черной воды сорвались с пальцев Ки Шо на лицо девушки. Она машинально утерлась рукавом, и получилось как раз то, что надо — два испуганных замарашки на дне грязной канавы.
Конник в широком бронзовом шлеме сурово глянул на них с высоты седла. Ярко блеснули на солнце лакированные бамбуковые доспехи, Ки Шо испуганно сжался. Дозорный презрительно усмехнулся, взмахнул плеткой и тяжело ускакал.
Ки Шо послушал удаляющийся топот и с облегчением откинулся на склон канавы.
— Ты сказала — я невоплощенный демон, — заметил он благожелательно. — Невоплощенный — это как?
— Ты зачем меня испачкал⁈ — возмутилась девушка.
— У тебя брови выщипаны. Мальчики так не делают. Что значит — невоплощенный демон?
До девушки наконец дошло, что она говорила это перед тем, как пнуть Ки Шо, и глаза ее трусливо забегали. Ки Шо с интересом наблюдал. Как бы он выкручивался из ситуации сам? Упал бы в ноги с мольбой о пощаде? Принес бы униженные извинения? Попробовал бы объяснить как-то жестокость своего поступка? М-да, ни одного хорошего варианта, все — потеря лица и статуса.
Девушка вдруг звонко рассмеялась и пару раз хлопнула ресницами с глупым видом.
— Ты и есть невоплощенный демон! Тело мальчика, душа демона, воспитание человека! Почти всемогущий, но не можешь ничего! А вот когда ты воплотишься, с тобой будет смертельно опасно встречаться!
Ки Шо искренне восхитился и поставил себе отметочку в памяти: когда девочка не знает, что сказать, она звонко смеется и говорит дальше как ни в чем не бывало! Хорошая уловка, немедленно взять на вооружение!
— В Цзиньхуане считают, что демонов не бывает, — заметил он. — Все так считают. Но ты знаешь, что демоны существуют, и знаешь, что они разные. Расскажи мне о демонах.
— Мальчик, нам пора идти! — с досадой сказала девушка.
В груди Ки Шо начал медленно разгораться гнев. Он положил невидимую руку девушке на плечо и слегка надавил.
— Расскажи мне о демонах, девочка.
— Я не знаю! — завопила она с очень честным видом. — Слышала, что бывают невоплощенные, только это! Ай-й! Больно!
— У тебя староимперский классический выговор. Так говорят те, кто получил образование. Тебя обучали, девочка. Тебе наставники рассказали о демонах?
Голос Ки Шо прозвучал настолько глухо и угрожающе, что он сам немножко струхнул. Но невидимую руку с плеча девушки не убрал.
— Я… ай, больно же!
— Сердце вырву.
— Императорский университет войны, факультет демонологии! –лязгая зубами от страха, выкрикнула девушка. — Секретный! Наставники говорили — демонов давно нет! Но могут родиться из людей! Демоны так рождаются! Ай, больно!.. Ты — будущий демон, ты рождаешься! Расстаешься с человеческим!
— И если меня привести в Запретный сад к главному советнику… — ласково подсказал Ки Шо.
— … то он подружится с тобой и приобретет невиданное могущество!
Ки Шо подумал. Усмехнулся и убрал невидимую руку. Гнев потихоньку угас в груди, как отдаленный гром за горизонтом. Злючка скрючилась от боли и бурно разрыдалась:
— За что ты меня мучаешь, демон⁈ Я же тебе только добра желаю!
Ки Шо озадаченно покачал головой. Ей чуть плечо не раздавили — и снова врет! Вот же… девочка!
— Пойдем, — вздохнул Ки Шо. — Нас ожидает путь длиной в тысячу ли.
— Почему — в тысячу? — тут же перестала плакать девушка. — Крепость «Тысяча Дорог» совсем рядом, дойдем после полудня. Там сядем в дорожный дом и к ночи будем в столице. Отсюда до столицы — всего ли, мальчик.
— Что? — растерялся Ки Шо. — Но в легенде о Семи Непобедимых говорится…
— Семи Непобедимых не было! — уверенно заявила девушка. — Они — легенда!
Видимо, у Ки Шо был очень жалкий вид, потому что она засмеялась и снисходительно объяснила:
— Так всегда в легендах! Все меряется тысячами! Дорога в тысячу ли, любовь в тысячу поцелуев, боевые техники тысячи ударов… Красивое преувеличение, не более. Вот до древней столицы — да, долго идти, но и она не настолько далеко. А за тысячу ли можно обойти весь мир!
Ки Шо горько улыбнулся. Еще одно разочарование. Путь длиной в тысячу ли — очередная выдумка, красивая сказка. А на самом деле — садись в дорожный дом, и к вечеру будешь в столице. И это разумно и очень похоже на правду. Где еще находиться столице империи, как не на плодородном, сухом плато Золотой провинции, на пересечении тысячи торговых путей, в прекрасном климате? Ну не в болотах же дельты реки Миюнг и не в ядовитых испарениях южных джунглей!
— Как ты думаешь, в крепости продадут карету двум грязным мальчикам? — рассеянно поинтересовался он.
— Прогонят пинками! — уверенно предсказала девушка.
— А одной богатой благородной девочке в сопровождении слуги? Которая чудом избежала смерти от рук варваров в несчастном Цзиньхуане?
Ки Шо полюбовался ее неуверенной улыбкой, улыбнулся в ответ, а потом безжалостно приказал:
— Раздевайся.
Инспектор Хай покачивался в седле и с недовольным видом обозревал однообразные окрестности. Пшеница, одни пшеничные поля вокруг! Какая беспросветная грубость, какой циничный денежный расчет! А где рисовые чеки, воспетые в тысяче баллад «Изящной эпохи»? Понятно, что на богарных полях Золотого плато лучше всего растет именно пшеница, но где верность традициям Срединной империи, где? Символ Срединной империи — блестящие от воды зеленые рисовые поля! Интересно, кто владелец этих земель? Написать, что ли, донос на непатриотичного аристократа?
Но настоящей причиной плохого настроения являлись вовсе не пшеничные поля. Инспектор Хай терпеть не мог путешествий верхом. Но если движешься вместе с войском к городу, в окрестностях которого шалят банды кочевников, выбор кареты в качестве средства передвижения офицеры могут не понять.
Колонна внезапно замедлила движение. Что-то случилось впереди. Обнаружили на обочине очередной труп? Ну и стоит ради этого останавливать колонну? Понятно же, что окрестности Цзиньхуаня должны быть усеяны трупами!
Тяжело прискакал из полей боковой дозор. Инспектор Хай повелительно махнул офицеру рукой. Конечно, армия инспекторам не подчиняется, даже инспекторам первого класса, но проявлять уважение обязана.
— Ложная тревога, господин инспектор! — сообщил командир дозора. — Кочевников нет. След оставили двое подростков. Видимо, сбежали из Цзиньхуаня и до сих пор бегут, от страха не могут остановиться.
Инспектор благосклонно кивнул и разрешил продолжить несение службы, хотя что-то царапнуло его внимание. Но вот что именно? Офицер был недостаточно почтителен? Дозорные прятали глаза? Или что? Инспектор Хай по привычке начал вспоминать, прокручивать в голове сценку, которая пробудила в нем настороженность, но тут увидел трупы на обочине тракта и изумленно покачал головой. Это ж чем же их били варвары, что голов почти что и нет? Шипастыми палицами на полном скаку? Вот разве что ими. Варвары — они и есть варвары, никакого понимания красоты боя! Понятно теперь, почему приостановилась колонна. Инспектор Хай и сам готов задержаться, чтоб осмотреть ТАКИЕ трупы. К сожалению, нельзя. На виду у войска — нельзя. Это — потеря лица. Разве что выставить охрану и заняться на обратном пути, когда войско отойдет подальше?