Но инспектор Хай не успел отдать приказ-просьбу. По тракту и рядом с ним от Цзиньхуаня катился вал конной орды. Честно говоря, инспектор сильно удивился. Они на что рассчитывают, дикари? Не конным бродягам биться с регулярным войском! Это корпус лучников только и умеет, что давить крестьянские бунты. Армия же Срединной империи из века в век тренируется отражать именно набеги кочевников, основной угрозы с северо-востока! Сигнал трубы — и вот подразделения слаженно побежали в поле, развернулись линиями щитов. Следующий сигнал — опустились на колено, пропуская над головами смертоносные залпы многозарядных самострелов. Да, самострелы не очень точные, зато кидают пачки стрел на огромное расстояние. И этих стрел много! И еще они отравлены. Главное — не убить конника, спешить. А уж пешего степняка гонять по полям одно удовольствие! Кочевники еще попытались устроить свою излюбленную карусель со стрельбой из своих кривых, страшно мощных луков, но — поздно. Да и с расстоянием ошиблись, и ошиблись смертельно. Видимо, в набег отправились самые молодые, которые раньше не сталкивались со сложными военными машинами. И совсем скоро орда с разочарованным воем рассыпалась по полю, но не разбежалась, а закружила в ожидании, когда войско возобновит движение и можно будет напасть снова, но уже без помех. А отдельный небольшой отряд вообще быстрым скоком обошел место сражения и устремился вдаль по тракту. Инспектор Хай озадаченно посмотрел им вслед. Чего они хотят добиться? Разве что поля потоптать? А смысл? Ни добычи, ни пленных в пшенице не найти. А крепость «Тысяча дорог» и не на такие отряды поплевывала с высоких стен! И, кстати, умела огрызаться очень больно! А за крепостью вообще начиналась хорошо укрепленная столичная область, в которой кочевникам только смерть можно найти. Там одни каналы не дадут возможности передвигаться беспрепятственно. И помимо каналов преград хватает.
Но упорны дикари, удивительно упорны, признал с невольным уважением инспектор Хай. Как будто ищут что-то конкретное. Или кого-то…
И словно холодок пробежался по спине инспектора. Любимая племянница главного советника. Неспроста, совсем неспроста скрестились на заштатном Цзиньхуане интересы кочевников, главного советника императора и главы службы судебного надзора провинций. Интересно, что эта мелкая дрянь забыла в Цзиньхуане? Какого демона аристократку понесло в мелкий городок у самых гор, где из достопримечательностей — одни бескрайние пшеничные поля? К родным в гости, да? Ах, как своевременно! И набег кочевников — тоже удивительно своевременно…
Инспектору первого класса Хаю стало нехорошо. Он ясно осознал, что вместе со своим начальником вляпался в смертельно опасную интригу, да еще и не на самой сильной стороне…
Кочевая орда наконец словно получила неслышимый приказ и дружно рванула напрямик через поля на северо-восток вдоль гор, к выходу в родные степи. Войско приободрилось, перестроилось плотнее и бодро двинуло по тракту к недалекому уже Цзиньхуаню, к дымным столбам на горизонте. А инспектор Хай вдруг остановил коня. Он понял наконец принцип действия тайных пружин интриги. Если кочевники искали племянницу главного советника, это могло означать только одно: в городе ее нет. Ни живой, ни мертвой. Сбежала куда-то, дрянь. А куда? Беззащитной аристократке из города всего два пути — в горы или в столицу. Но что делать племяннице главного советника в горах? Ножки свои изнеженные ломать на камнях? Значит, только в столицу…
И тут инспектора словно по голове навернули. Подростки! Демоновы отродья — подростки! Не могли местные подростки бегать по полям от кочевников, местным с рождения вбивают уважение к чужой собственности! Вот что царапнуло внимание при докладе командира дозора! Конники скакали по пшенице — у них приказ. А эти сопливые что там забыли? Почему прятались от военных, а?
Инспектор Хай скрежетнул яростно зубами, развернул коня — и замер. И медленно повернул голову в сторону трупов. Значит, головы разбиты, словно чудовищной палицей, да? Знакомый почерк! И, кажется, инспектору теперь известно, кто эти двое. И как племянница главного советника смогла выскользнуть из города, захваченного ордой. Как, ну как демоново отродье натолкнулось на племянницу главного советника в полумиллионном городе⁈ Пахнут эти племянницы, что ли, по-особому?
Инспектор Хай шумно выдохнул. Привел свои мысли в гармонию. Соскочил с коня, не спеша прошелся по полю. И уставился на два тощих тела. Мальчишки-«ганьзя», бродяжки… и лучшие шпионы «ночных работников». Эти-то что здесь забыли?
— Господин… — вдруг простонал один из мальчишек.
Он явно перепутал в бреду инспектора со своим хозяином.
— Говори, — коротко разрешил инспектор.
— Господин, мы нашли ее. Перехватили, старший приказал ей возвращаться в город. Нас убили…
— Кто?
— Я не знаю… Ударили, летел…
— Рядом еще был кто-то⁈
Мальчишка захрипел и замолчал. Инспектор посмотрел, как кровь пузырится на его губах. И коротко поклонился, как герою. Слабое тело, но могучий дух — и верность клятве. Из него мог бы вырасти незаменимый, верный помощник.
— Скоро встретимся, демон! — скривил губы в злой усмешке инспектор Хай.
Запрыгнул в седло и погнал уставшего коня назад к крепости «тысяча дорог». В голове яростно бились картины расправы над подлым демоном, но поверх них, холодным недоумением, одна четкая мысль. Как, как так получается, что демон всегда опережает⁈ Ведь только что был здесь, и вот нет его, и инспектор Хай вынужден скакать вдогонку, чтоб промахнуться с ударом в очередной раз…
Мужчина вспомнил прелестную продавщицу у тракта в Черном ущелье и скрипнул зубами.
Глава 20
С демонами не дружат
Девушка и в своей сложной аристократической одежде двигалась быстро и решительно. Ки Шо отставал все больше. Чуть не плакал, но догнать ее не мог. Ей хорошо, она родилась с прекрасными задатками, потом всю жизнь тренировалась! Не племянница главного советника императора, просто телохранительница — но очень тренированная! Такой и бегом до столицы добраться не представит труда! А Ки Шо, бедненький несчастный Ки Шо…
Ки Шо остановился. Отдышался. Успокоился. Вспомнил наставления Ичи и улыбнулся. Главное — не спешить. Никогда не спешить. Не умеет ходить быстро и много? Значит, надо думать, как обернуть эту свою особенность к добру. И да, он не бедненький несчастный Ки Шо, он — богатый Ки Шо! Вон сколько награбил, сумка тяжеленная от золота!
И Ки Шо зашагал дальше прогулочным шагом. И сразу ударил в ноздри щекочущий, сладко-пыльный запах созревающих пшеничных полей, засияло над головой чистое небо, и встал вдали у тракта прекрасный город, как в сказке о дальних южных странах. А Злючка пусть бежит вперед, если так хочет.
Но девушка внезапно остановилась. Посверкала глазами. И побрела обратно. Ну да, а как иначе? Ки Шо — ее пропуск в жизнь, от Ки Шо не убежишь.
— У тебя прекрасный староимперский классический выговор, — заметил он благожелательно. — Из аристократок?
— А ты от кого знаешь староимперский? — буркнула девушка, не глядя на него. — От деревенских свиней?
— От мамы. Она любила вечерами читать баллады на староимперском. Поэтому правильный вопрос — откуда она знает староимперский. У меня ответа пока что нет. Я спрашивал, ты из аристократок?
И Ки Шо подарил девушке очень добрый взгляд. Она почему-то вздрогнула и заговорила, да так, что не остановить. И Ки Шо половину пути до крепости «Тысяча дорог» внимательно слушал. Нет, Злючка не являлась аристократкой, обычная дочка в меру богатых землевладельцев, но она прожила несколько лет в новой столице, тренировалась в столичной школе боевых искусств, училась в университете, который находится в Запретном саду императора, и много могла рассказать о столичных обычаях, модах… и о принцессах. Принцессы — главная тема у всех девушек, допущенных до Запретного сада. Их, оказывается, у императора четверо, принцесс. Четыре ребенка, и все девочки. Юй Мэнь, прекрасный цветок Запретного сада — старшая и наименее известная, нечасто появляется на публике. Говорят, ей недавно исполнилось пятнадцать. Говорят, она легка, как дуновение южного ветерка, и благоуханна, как сад с горными розами…