Каждое его действие было холодным, властным, лишённым уважения к её душе и телу. Мария ощущала страх, унижение и внутреннюю ярость, но также понимала, что это её долг выжить и найти способ сохранить внутреннюю свободу.
Она лежала в темноте, слушая тяжёлое дыхание Оболенского, ощущая, как тесно и опасно стало в её собственной жизни. Но мысли о Алексее, о том, что где-то он ждёт её, наполняли сердце теплом и надеждой, давая силы перенести этот ужас.
И в глубине души Мария знала: даже в этих стенах, среди холодных взглядов и насильственных объятий, её любовь к Алексею останется живой. И когда-нибудь она найдёт способ вернуться к нему, к свету, к настоящей свободе.
Глава пятнадцатая.Новая опастность
Алексей сидел в тени старой яблони, наблюдая за дворянским домом Разумовских. В сердце его жила смесь тревоги и боли: Мария должна была выйти замуж за Оболенского. Он думал, что, возможно, стоит отстать, чтобы не причинять ей дополнительных проблем.
— Может, правда… — пробормотал он себе, — лучше оставить её. Пусть решает судьба…
Но решение о бездействии оказалось недолгим. Проходя мимо сада, Алексей случайно услышал разговор, который навсегда изменил его мысли. Агния Бакаева стояла у входа в библиотеку, а Оболенский, с высоко поднятой головой и надменной ухмылкой, внимательно слушал её.
— Всё идёт по плану, — сказала Агния, её голос был холоден, как лед. — Свадьба — лишь формальность. Через этот брак мы присвоим имущество Виктора Разумовского. Он никогда не узнает, что его состояние уходит в наши руки.
Алексей сжал кулаки. Сердце его забилось быстрее, когда он услышал дальнейшие слова:
— И не забывай, — продолжал Оболенский, — женщины — это рабыни. Я их воспитываю, чтобы слушались, чтобы подчинялись. Любая непокорность карается строго. Никто не осмелится перечить мне.
Алексей почувствовал холодный ужас. Его мысли мигом вернулись к Марии: к её светлым глазам, к улыбке, к тому, что она была всё его сердцу. Он понимал, что если её выдадут за Оболенского, она окажется в мире, где свобода и счастье невозможны.
— Но Виктор Николаевич… — продолжала Агния, — мы должны его убрать. Убрать физически. Тогда ни одно препятствие не останется.
Эти слова заставили Алексея напрячься полностью. Заговор, убийство, насилие — всё это стало реальной угрозой. Он понял: отстать теперь невозможно. Его долг — защитить Марию любой ценой.
С этого момента Алексей перестал думать о том, что нужно скрываться. Его решимость была железной. Он начал планировать, как предупредить Марию, как разорвать этот брачный союз до того, как станет слишком поздно. Каждое движение, каждое слово Агнии и Оболенского теперь он слушал как оружие, направленное на неё и её семью.
— Они хотят её сломить… — думал он. — Но я не позволю. Ни деньги, ни угрозы, ни обман… никто не заберёт её у меня.
Каждый день, скрываясь в тени, Алексей наблюдал за домом, за подготовкой к свадьбе, за каждым нарядом Марии, за каждой деталью, которая могла бы стать его ключом к спасению. Он знал, что впереди его ждёт опасная игра, где ошибка может стоить жизни и Марии, и самого него.
И в эти дни, полные тревоги и страха, Алексей твёрдо решил: он не отступит. Его любовь к Марии стала сильнее любого страха, сильнее угроз, сильнее угроз и подлости, которую он только что услышал. Агния Бакаева, Оболенский — они не знали, что против них уже выстроилась стена непоколебимой решимости, готовая защищать невинную и любимую Марией.
И так, стоя среди теней сада, Алексей впервые осознал: настоящее сражение только начинается, и от него зависит не только судьба Марии, но и сохранение её жизни и свободы.
Глава шестнадцатая.Побег и предательство
Алексей сидел в тёмной комнате, напрягая мысли. Внутри всё кипело: страх, гнев, любовь, решимость. Он знал, что Мария в опасности, но не знал, как действовать. Сев рядом со своим другом, умным и рассудительным товарищем, он стал расспрашивать:
— Что делать? Как мне спасти Марию? Я не могу ждать, пока всё закончится…
Друг, взволнованный, но собранный, предложил план: найти коня, ехать без остановки, действовать быстро и осторожно. Алексей поблагодарил его и отправился к другому знакомому, чтобы взять коня.
Ночь, туман, холод. Он мчался два дня с короткими остановками, сердце его билось с каждым ударом копыт. Дорога казалась бесконечной, но мысль о Марии давала силы.