Точку зрения и его мнение я выслушал, принял к сведению. А также прочитал личное дело гарпии. За долгие годы на месте штатного художника-иллюстратора никаких нареканий, задержек и отказов. Репутация у Морганы безупречная. Почти кристально-чистая. Не считая неприятной ситуации, связанной с художником, место которого и заняла Моргана. Но этот конфликт в прошлом. История та давно забыта и не обсуждается. Никто и не помнит, что не поделил опытный, заслуженный иллюстратор Михаил Давидович с Морганой, только закончившей дизайнерское отделение. Но скандал был жуткий.
Как написано в отчете, по словам одного из коллег, Моргана «украла» идею старшего художника и выдала за свою. Правда это? Или сплетни? Так и не разобрались. Но Моргану, предоставившую черновые зарисовки и неудавшиеся попытки — оправдали, а матерого художника, обвинившего в плагиате новенькую, уволили «по собственному желанию», поставив Воронову на его место. Копаться в грязном белье и скелетах издательства, чтобы выяснить правду, нет никакого желания. Не мое это. А вот обсудить наше с птичкой сотрудничество…
— Поговорим о твоей работе, птичка…
12 глава «Обычный рабочий день»
Моргана
— Поговорим, — не стала отказываться, а мысленного приготовилась к увольнению. Не сразу, так как на руках моих несколько проектов. Их закончу и потом уйду. Так я думала, смотря на старшего Озерова, не поднимающего на меня взгляд, но активно изучающего дело и порученные мне проекты. — Я вас слушаю, Люкан Мстиславович, — дала понять, что разговор бы уже пора начать, а то у меня дел много. Обложки и иллюстрации сами себя не нарисуют.
— Сроки, за сколько вы закончите доверенные вам проекты? — и тут поднял меня свой взгляд. В нем, как и во взгляде Тристана, читалась в отношении меня неприязнь. Не спорю, мне он тоже не мил. Пришел весь такой влиятельный, со своими порядками. Бесит!
— Если меня не будут дергать и отвлекать, по таким вот пустякам, — имею в виду задержки у начальства и расспросы, — то к Новому Году сдам все проекты, — уточняя, — кроме одного. Автор только в процессе написания романа. — Озеров меня услышал, согласился со сроками, но потребовал к концу недели принести все наработки, зарисовки и пробные обложки к оформляющимся романам.
Не став больше задерживаться, время у меня не резиновое, а определено количеством рабочих часов, покинула кабинет начальника, ведь дома делать работу нет никакого желания. На прощание церберу ничего не сказала, только тихо и аккуратно прикрыла дверь. Подумаешь! Шишка какая! Прорвемся. Даже если уволит, найду чем заниматься. Есть много достойных авторов, которые не публикуются, но хотят обложку и иллюстрации к романам. Пусть и расценки ниже, проживу.
— Мори, как оно? — интересуется подруга, оказавшаяся ведьмой. Глаза ее горят от предвкушения яркой истории и вероятности душераздирающих сплетен. Но она забыла, я никогда не соглашалась быть источником подобного развлечения коллег. Ответ поэтому был короток:
— Начальник знакомиться с персоналом. Вот и все, Арин, — сказала и пошла к себе, к рабочему столу.
Мне работать надо, а не сплетни по издательству распространять. Проекты закрывать и авторов радовать. Их у меня три, с наработками и зарисовками, ждущими полной версии и цветного оформления. И еще один — хорорр, но там пока что только мысли и неоформленные идеи, опирающиеся всего лишь на слова автора и его задумку в перспективе. Их отложим на потом, когда автор предоставит куда больше материала и описания героев и мира, в котором сие произведение будет происходить.
***
Вечер. Рабочий день подходил к концу. А я заканчивала с вариантами обложки, оформляя ее в разных оттенках и фильтрах, от «Киберпанка» до «Свежести леса». Один проект, если автор сегодня-завтра выберет оттенки и фильтр, можно считать закрытым, так как иллюстрации уже созданы и ей одобрены.
Заканчивая и сохраняя в облаке варианты, отправляя автору ссылку, выключаю свет на рабочем столе, собираюсь и планирую покинуть издательство, как ко мне, стуча каблуками, подходит Арина. На ее губах улыбка, в глазах горят бесинки, словно она что-то задумала. Вид ее, на первый взгляд, обычный. Но если присмотреться, прислушаться к мыслям, то образ ее превосходящий, властный.
— То пойло, Мор-р-ри, — напомнила мне птичка, треща в ухо, — пришла пожинать плоды, гадина! –ну, пришла и пришла. Ей все равно ничего не добиться, кофе то я вылила. Пусть идет с фикусом договаривается, ему приказывает. Мысленно с птичкой посмеявшись, ждали, что же она такого захотела от меня, что магию решила применить. И как оказалось: