Не поднимая взгляд, не смотря вперед, а себе под ноги, не поняла, как влетела в чью-то грудь. Перед глазами тут же все поплыло. От усталости, огромного потока информации и темноты, в которую резко ворвался бледно-желтый общий свет. А еще запах. Странный, напоминающий мне смесь цитруса и специи. Интересно…
— Будьте осторожны, дева Моргана, — попросил меня старший архивариус, все еще держа за плечи.
— Благодарю за помощь и беспокойство, сир Эверард, — сказала архивариусу, надевая пальто и палантин.
Убедившись, что нужный автобус скоро придет к остановке, пошла к выходу. Держа телефон в руке, читала все присланные мне сообщения. От Хелены: «Жди меня завтра вечером. Нам есть о чем поговорить». От старшего Озерова: «Завтра совещание авторов. В 12:00. Не опаздывать!». От Камила: «Хочу пригласить тебя на прогулку. Завтра? Послезавтра?» и от брата: «Мори, давно не виделись. Приходи на обед. Накормлю».
— Мда, день у меня завтра будет насыщенный!
Сказала самой себе под нос, убирая телефон в карман, перед этим включив музыку. По пути домой, сидя у окна в одиночестве, смотря на мелькающие пейзажи, и проезжающие мимо автомобили, горящие ярким светом лампы и вывески круглосуточных магазинов, слушала завораживающий голос Шарон ден Адель и ее песню Mercy Mirror. Песня шикарная, как и весь альбом. Любимей только In the Middle of The Night с альбома The Unforgiving.
Не поняла как, но уснула. А проснулась не там, где уснула. Точнее не в том пространстве. Я все там же, в автобусе, у окна, одна. Совсем одна. Ни пассажиров, ни водителя, ни фонарей и звуков двигателей за окном. Даже Шарон молчит и не поет. Хотя, на экране телефона я вижу текущий плей-лист. Только время и даты сбросились. 00:00 часов и 00.00.0000 в качестве даты.
— Если хотели на свидание пригласить, можно было так не заморачиваться. Прислали бы открытку, или сообщение в мессенджере.
Я не знала, кто и зачем навел на меня удаленно сон-чары, заманивая в свое ментальное пространство, но думаю, что узнаю. Это очень сложное плетение, а с учетом кто я и какими способностями владею, вдвойне. Ведь мне по силам не только выбраться из сна, но и ударить напоследок. Вреда мне пока что не причиняют, поэтому я жду того, кто пригласил.
— Дева неба с чувством юмора — редкость. Вы, мисс Моргана, неправильная гарпия, — второй за последние два дня слышу эти слова. Сначала от старшего Озерова, теперь от этого ночного собеседника.
— Я бы сказала дипломатичная, — ответила грубо и ни разу не приветливо, скрестив руки на груди. — Так что вам от меня надо? Что за разговор такой приватный, раз вы не побоялись от меня «подарочек» по мозгу получить?
Понятное дело, что этому колдуну, или кто он там, что-то от меня надо. Вопрос: Что? И чего это мне будет стоить? Хотелось бы ясности, а лучше конкретики. Естественно с личной выгодой. За просто так в авантюру или в историю я влезать не стану. Судя по хмыку и тону, в котором собеседник ответил на мой вопрос, он это понял. А предложению я удивилась:
— Дева неба, открой для меня Врата, выпусти Черного Мессира!
19 глав «Черный Мессир»
Моргана
— Дева неба, открой для меня Врата, выпусти Черного Мессира! — и все, на этом я потеряла дар речи. Мысли путались. Но я отчетливо помню, кто такой Черный Мессир и что он сотворил. Сколько мифов и людей в черном пламени спалил.
У Черного Месиира имя не указано, только принадлежность к черному роду. Род этот – что-то вроде советников при алых правителях. Их верные палачи, карающие неугодных. Имен у черных драконов не было, только титулы: Мессир, Магистр, Мастер, Архат, Творец. И к каждому имени прилагался список жертв, переваливающий за несколько сотен. Черный Мессир — самый жестокий и беспощадный, сильнейший из приближенных алого тирана.
Я не знала что сказать, как возразить. Только и могла прошептать, едва слышно, что это безумие, и что дракон спалит его огнем в пепел в приступе ярости. Ведь их, драконов, всех до единого, против воли, уронив с небес на землю, усыпив разум, затуманив все чувства разом, запечатали во Вратах.
— Переговоры — моя стезя, мисс Моргана, — сказал этот смертник, подсаживаясь ко мне ближе.
Рассмотреть его лицо, фигуру и другие внешние признаки из-за балахона с глубоким капюшоном было невозможно. Даже глаза – и те скрыты в тени одеяния. Но вот запах. Знакомый запах. Его я где-то ощущала ранее. Странно, но приятное сочетание цитруса и пряности. И тут: «Чтоб мен!» подумала и вспомнила владельца. Архивариус Эверард, показавший мне стеллажи в библиотеке. Затаив дыхание, нервно облизав пересохшие губа, с силой сжав край пальто, подняла взгляд на сидящего рядом. И обратилась к нему по имени: