— Знакомься, сестренка. Это мой непосредственный начальник, а также новый владелец ресторана.
Мужчина протянул мне руку и назвал имя:
— Тристан.
А я протянула руку в ответ, назвав свое имя:
— Моргана.
Поняла, что попала. Ведь цербера, как советовали Хель и все источники исторических записей, обойти стороной за сотни метров не получится: он начальник брата. А это значит, что видеться мы с ним будем часто.
«Попала ты, Моргана!» — подумала я, мило улыбаясь церберу и брату.
5 глава «Личность раскрыта»
Моргана…
— Вдох-выдох. Вдох-выдох, — шептала я, когда приступила ко второму этапу освоения ментального дара.
Следующим этапом стало снятие обоих «наушников». Значит, шепот моей птички станет отчетливее и громче. Будет похож не на шуршание грызуна в темном углу, а на шелест опавшей листвы под ногами. Но дальше — больше, громче и отчетливее. Шепот превратится в разговор на полутоне, потом — в полный голос, а дальше — в крик. Крик гарпии — это последний этап. Самый сложный для владеющего ментальным даром.
— Птичка, — обратилась я к сущности, — вон того мальчика.
Взглядом я показала на ребенка, стоявшего около автомата с игрушками. Он был в раздумьях, показалось, что он не может определиться.
— Узнаем, между чем он выбирает, — предложила я гарпии.
Птичья сущность согласно курлыкнула и потянулась когтистой рукой к моей макушке. В волосы погрузились ее длинные, загнутые коготки, они не причинили мне боли, а наоборот, приятно помассировали мою кожу. Потом птичка склонилась над моим ухом и прошептала мысли ребенка:
«Потратить двадцатку на две попытки или купить себе булочку?» — проскрипела будто заржавелыми шестеренками, передав дилемму, в которой оказался мальчик. — Вон та осьминожина розовая неплохо лежит».
Мальчик улыбнулся и вспомнил о девочке Кате с длинными светлыми волосами, голубыми глазами и улыбкой, которая была на ее губах при их разговоре. Денег у ребенка было немного, поэтому и стоял выбор между булочкой на завтрак и игрушкой для девочки.
«А, попробую!» — решился мальчик и опустил две монетки в лунку.
— Ура! — воскликнул ребенок, когда щипцы второй раз подхватили осьминога и донесли его до конца.
Он держал игрушку около груди, улыбался и представлял, как он вручит ее Кате, как она будет рада и как…
« … даст мне списать контрошку по математике…»
Смех из моего рта вырвался сам собой, и это заставило покупателей обратить на меня внимание. Смотрели пристально, осуждающе.
И вот тогда, когда поймала эти взгляды, в мысленный поток ворвались неконтролируемые мной, беспорядочные шепотки гарпии, переходившие в голос. Но мне рано. Я только второй осваивать начала.
Мысли же покупателей и кассиров, улавливаемые гарпией, все озвучивались и озвучивались:
«Психованная!»;
«Сумасшедшая!»;
«Из дурки сбежала, что ли?»;
«Вульгарная!»
Я вовремя поняла, что еще немного, и потеряю контроль. Поэтому попросила птичку помолчать и не считывать мысли окружающих. Но она меня не слушала — вошла во вкус: расправив собственные крылья, заклекотала и заскрипела голосом, собираясь не просто говорить, а кричать.
Я поспешила надеть «наушники» и покинула магазин. Еще полминуты промедления, и начался бы ментальный шок. Неконтролируемые мысли покупателей и так прилично ударили по моему ментальному сознанию. Голова трещала жутко, а в носу ощущала запах крови.
***
— Это было опасно, — рассказала я Хель, запрокинув голову и погрузив в носовые пазухи два ватных тампона. — Потеряла контроль над ситуацией, и вот результат…
Хель сказала, что я легко отделалась. Могла бы и сознание от чужих мыслей потерять. Прямо там, в магазине. А проснуться на заднем плане своего же — когда-то — сознания. Руководила бы телом не я, а сущность. Я, конечно, люблю свою птичку, но моим телом владеть ей не позволю. Она лишь моя сущность,
— Отдохни, — приказала мне Хель. — Возьми выходной, а лучше больничный.
Было бы хорошо, но кто за меня работать будет? Писатель хочет видеть иллюстрации и обложку романа, выполненные именно в моем стиле. Плюс брат и цербер-начальник со своим сезонным меню.
И как жаль, что цербер — это не метафора, а истинная сущность Озёрова Тристана Мстиславовича. Общаться с ним не хотелось. Дело не в неприязни, а в сущности, которая рядом с ним скрипит, как несмазанные шестеренки, и перья роняет, которые, между прочим, падают по-настоящему.
Не спорю, Тристан мужчина привлекательный. Эти пронзительные синие глаза, похожие на сапфиры в обрамлении густых ресниц, вьющиеся и касающиеся плеч пепельно-русого цвета волосы, плавные черты лица, длинный, прямой нос с легкой горбинкой, выделяющиеся скулы.