– Это определение теят? – нахмурилась в ответ Диана, смотря на отрицательный результат вычислений, который никак не мог здесь получиться, но у нее вышел.
– Это наша технология, – кивнула Гранд Принцесса.
– Слишком мудрено для Врана: так и чувствуется издевка над умственными способностями собеседника, – кивнула собственным мыслям ее дочь.
– Диана, мы веками специализировались на трансгуманизме и развитии человеческого разума, – слегка засмеялась Аймат. – Моя красавица, когда ты выходила на лед и тебя принимали лучше всех, ты даже не думала. Неосознанно ты пользовалась протоколами Архитектора разума, для поднятия соцрейтинга. Это незаконно, но ты так развивалась.
– Генная инженерия? А ты кто? – Диана впервые осмелела настолько, чтобы задать курьезный вопрос, который традиционно раньше в семье обходили стороной. Ей как-то не пришло в голову, что помимо обязанностей посла Доброй Воли и ведущей, у мамы имелась какая-то специальность.
– Я – нейроинженер. Все случаи травм Архитектора разума для сознания курируются мной. Из-за этого мы здесь, – Аймат с тоской скользнула взглядом по роману. Дочь хотела плотно пообщаться. Ее жадно мерцающие в искусственном освещении глаза выдавали желание даже провести допрос с пристрастием. Раньше дети компенсировали жажду общения друг другом, а теперь ей предстояло восполнить пробелы последних пятнадцати лет материнских обязанностей.
– Круто, как интересно. Я у тебя фигуристка, а Валя – гимнаст. Папа – композитор, ты – нейроинженер, но нас вы решили в принципе не обучать, как дебилов! – возмутилась Диана.
– Вы учились в лучших школах двух систем одновременно, на трех языках. Валя сам решил уйти в спортивный интернат, потом передумал, но школу теят он все-таки тоже посещал дистанционно. Что-то не сходится: где мы вам не давали достаточно возможностей для обучения? – слегка возмутилась несправедливости обвинений Гранд Принцесса. – Вы сами… ладно. Я тебя поняла, – Аймат устало прикрыла глаза, слыша интонации мужа в голосе дочери. То же бескомпромиссное упрямство.
Когда она уставала от наблюдения, зная, что мужа больше окончательно нет, Аймат впадала в гибернацию, развоплощаясь. Женщина одиноко бродила по Архитектору разума, следя за детьми: отыскивая глаза, скулы, губы мужа в чертах детей. Конструируя по едва уловимым деталям, узнавая его в кураже и гордости, в только начавшем меняться с возрастом голосе младшего сына; в дочери – жажду знаний, его цели и внутреннюю силу, – муж дал ей только их детей. Много и очень мало одновременно, – Гранд Принцесса всегда была жадной, противореча требованию умеренности канона.
Диана с тоской посмотрела на застывшее лицо матери: в реальности она никогда не видела ее такой. Неживой, как посмертная маска. Мама выгорала, и Кара Небесная безжалостно пожирала ее, подтачивая безупречный контроль ограничительных протоколов простейшим воздействием: эмоциями, против которых даже Гранд Принцесса Альянса постепенно ломалась, теряясь в Архитекторе разума.
***
Валентин после бессонной ночи, с толком проведенной в анализе данных Дианы, стоял под дверью приемной комиссии Омальского университета. Бежать до Омала с Пусена пришлось вместе с контрабандистами, – самым сложным оказалось покинуть свою комнату. В розыск бабча его объявить не осмелилась: слишком большой скандал. Бела тоже хотел, чтобы он поступил в университет, но как-то сам, без его участия: на модную специальность типа социально-ответственного управления пространством, – неожиданно помогла бабушка. Расплатился юноша натурой: пришлось провести с ней две недели в медитационном центре на профилактическом курсе. За две недели медитаций вдали от цивилизации, Валентин успел подготовиться к экзамену зрелости, ограничив тем самым права опекуна, проанализировать потоки и товары контрабанды как на правительственных, так и частных судах, – данные Архитектора разума, позаимствованные Дианой, здесь походили на реальность.
Она видела глазами роботов и камер наблюдения, как бабушка посадила его на корабль, улетев на очередной модный показ во Вран, куда им пока вход был заказан, – Валь поднял голову, смотря на свое имя в списке зачисленных на первый курс механико-математического факультета, кафедры инновационной инженерии. У Дианы защемило сердце: