Далее он достал две двухцветные таблетки в упаковке сине-розового цвета:
- Это противорадиационный препарат. Или просто "антирад". Препарат радиозащитного действия «Мексамин», широко распространённый по территории Зоны. При применении вызывает сужение периферических кровеносных сосудов и кислородное голодание, что в данном случае является средством профилактики и лечения лучевой болезни. Хорошо переносится подавляющим большинством людей; в отдельных случаях возможны лёгкая тошнота, головокружение, боли, реже рвота.
- А для лечения печени есть средства? - вдруг спросила она.
- Зачем? - не понял он, а потом вдруг рассмеялся. - А, я понял! Да, есть, но не у меня! Это только к Сахарову надо обращаться! Тут сталкеры радиацию выводят с помощью водки. Глупцы! Водкой они только плохой настрой и напряжение снять могут!
Таня спросила об этом без шуток. Медицинские препараты, что тут используются, довольно сильные и без последствий для сердца и печени не проходят. Богдана подобное, как впрочем и остальных, это мало волнует. Таня уповала, что ей не понадобиться использовать на себе эти лекарства.
- Но будем серьёзными! - снова заговорил Богдан. - Все сталкеры обязательно делают профилактику лучевой болезни. Антирад, как и аптечка, является обязательной.
- А вы используете артефакты, которые выводят радиацию?
- О, хороший вопрос! Хвалю тебя за это! Да, использую, если они не имеют побочек. Большинство артефактов имеют как полезные, так и вредные свойства. Например, один артефакт может остановить любое кровотечение, даже у больного гемофилией, но при этом быть радиоактивным. И наоборот - может выводить радиацию, но вызвать кровотечение из всех щелей. Практически все артефакты имеют положительные и отрицательные качества. Только редкие из них имеют исключительно положительные качества. Такие как раз используются у меня, в баре и в бане.
Вопросов больше не было. В операционную Богдан её не пустил.
- Там тебе делать нечего! Хоть в Зоне трудно поддерживать стерильность, но я стараюсь, - заявил он. - Если есть вопросы, то задавай. А если нет, то можешь помочь мне прибраться в процедурном. Я тебе за это заплачу двумя простыми аптечками и одним антирадом.
Таня не отказалась. Бродяга хотел ей помочь, но Богдан не позволил:
- Я заплачу только ей! Тебе платит Воронин!
Девушка в мыслях ругала Богдана: "За что вы с ним так грубо? Не гуманно это!" Она лишний раз убедилась, что Бродягу здесь одни побаиваются, а другие презирают. Он ждал её снаружи, угрюмо глядя перед собой. Богдан, как только девушка закончила, вручил ей обещанную оплату.
- Только зачем мне они? - спросила она. - Я же не собираюсь в рейд по Зоне.
- Глупый вопрос, милочка! - недовольно заметил Богдан. - Аптечка лишней не будет. Если же не нужна она тебе, то можешь продать. Покупатель найдётся, поверь мне!
На том Богдан не стал её задерживать и отправился перекусить. "А как же про уколы, капельницы, оказание первой помощи?" - с обидой подумала Таня. - "Ему Бродяга испортил настроение?"
- Мне очень жаль, что Богдан тебе нагрубил, - извинилась она перед бывшем монолитовцем.
- Не стоит извиняться! - холодно заметил Бродяга. - Я привык!
До вечера времени ещё было достаточно.
- Далеко ты направилась? - пошёл Бродяга за девушкой, когда она вышла из госпиталя.
- В Бар. Мне надо поговорить с Барменом.
Несколько долговцев, что сидели у костра и грелись, тихо посмеивались над Бродягой, видя, как он, словно пёс, ходит за девушкой. "Бедняга!" - жалела его Таня.
Бармен скучал, облокотившись на барную стойку. Он зевал, лениво оглядывая своих посетителей. Двое сталкеров в костюме "Заря" обсуждали завтрашнюю вылазку на Дикую Территорию, которая всегда славилась большим количеством аномалий, мутантов и наёмниками. Но в последнее время там уже не так опасно, как было раньше. Многие опытные сталкеры ходят там, чтобы срезать путь до бункера профессора Сахарова. Опасно, но быстро. Другой сталкер, изрядно выпивший, громко храпел в углу, положив голову на стол. Всё как всегда и без изменений. Бармену к такому не привыкать. Когда вошла Таня в сопровождении Бродяги, он оживился. Поговорить или просто посмотреть на девушку он всегда рад. За её тёмно-карие большие, как у совы, глаза Бармен дал ей прозвище Сипуха.