- Танечка, девочка моя, - обратился Зверобой к девушке пьяным голосом. - П-прости, что н-напился. Утром буду жалеть об этом. Но знаешь..., скажу честно... эти приключения мне... о-о-очень понравились! Давно т-такого... н-н-не было!
Она кивнула, стараясь не смотреть на мужчин.
- Бродяга...! - промычал Стрелок, шатаясь. - Ты дуй-ка отсюда на Янов. Ботаники разрешили остаться только мне и...и... Танюше.
Бродяга что-то хрюкнул в ответ, продолжая дремать.
- Что за алкодром?! - громко возмутился профессор Герман. - К тому же один ещё и долговец!
Он, громко топая, вышел на улицу, накинув тёплую куртку. Через минуту учёный вернулся с четырьмя долговцами. Таня сидела в своём углу, прижав колени к груди, и виновато посмотрела на долговцев.
- Понятно, - произнёс один из них.
- Меченый пусть остаётся, а этих двух проводите на Янов! - указал Герман на Зверобоя и Бродягу.
- Н-недо...! Я сам! - промямлил пьяным голосом охотник и вышел из "купе".
Стрелок пошатнулся и плюхнулся рядом с Татьяной. Один из долговцев подошёл к Бродяге и попытался его растормошить. Тот что-то промычал и не двинулся.
- Придётся его тащить, - сказал другой долговец.
С трудом Бродягу вытащили из "купе".
- В тихом омуте черти водятся! - проворчал долговец, удерживая его за руку.
- Да ладно тебе! Он, может, впервые так расслабился. Надо порадоваться за него. Он друзей, наконец, нашёл.
- Вот пусть так и объяснит Шульге, когда проспится! - подхватил Бродягу другой.
Долговцы и Зверобой покинули бункер. Профессор Герман вернулся к своей работе, сердито качая головой. Стрелок встал, посмотрел на Татьяну вялыми глазами и, икнув, пробубнил виноватым тоном:
- Прости!
Он сел напротив неё и, тяжело упёршись руками в колени, склонил голову и тихо начал причитать:
- Ну, и ухайдокался я...! Полный ноль...! А группа моя...! Никого уже! Никого! Клык! Призрак! Только я остался!
Татьяна слушала его, не сводя глаз. В пьяном состоянии этот легендарный сталкер выглядит очень жалким. Почему он заговорил про Клыка и Призрака? И почему говорит, что "никого уже"? Значит, друзья либо бросили его, либо погибли? Таня до сих пор практически ничего о нём не знает. Что же ей мешает расспросить его, чтобы узнать получше? Таня чувствовала, что осталось ждать недолго, когда он выполнит последнее условие и не считала нужным узнать его побольше. Следующий ход будет за ней. Глядя на него в таком состоянии, она всё больше сомневалась, что сможет "заплатить" ему. Он завалился на койку, отвернулся к стене и заснул.
Таня встала утром рано. Стрелок всё ещё спал. Сделав свои утренние дела, Таня с аппетитом ела гречку с молоком, которую ей предложил профессор Озёрский. Наконец, Стрелок проснулся. Он тихо нецензурно выразился про вчерашнюю посиделку и, охая от головной боли, побрёл в туалет. Оттуда он долго не выходил. Таня закончила свой завтрак и молча ждала, читая очередные сообщения от Йоги и Волка. Последнему она поведала о своих приключениях, а Йоге написала, чтобы он оставил её в покое. Стрелок вернулся и сел завтракать. Выглядел он бодрым, но морщился от головной боли. Таня уловила исходящий от него аромат мужского геля для душа. Он решил с утра помыться.
- Доброе утро! - промычал он девушке с набитым ртом.
Она кивнула.
- Приятного аппетита, - пожаловал Зверобой.
Стрелок махнул ему приветливо рукой, не отвлекаясь от еды. Охотник сел с ним рядом и посмотрел на девушку:
- Здравствуй, девонька. Извини за вчерашнее.
- Не надо извиняться, - скромно она ответила. - Было даже весело.
Зверобой выглядел серьёзным и по одному его взгляду было видно, что ему надо что-то сказать.
- Что-то не так? - спросила Таня.
- Вчера Бродяга себе на раны воды брызнул, которую мы набрали в "Оазисе".
- И что? - заволновалась она.
- Сегодня он пошёл к Костоправу сменить повязку. Когда тот её снял, у него на лице не осталось и следа от когтей баюна. Абсолютно никаких шрамов, будто их и не было.
Таня уставилась на Зверобоя, а Стрелок подавился.
- Значит, эта вода действительно целебная? - засияла она. - Значит, она способна вылечить любую болезнь?
Зверобой лучезарно улыбнулся:
- Мы не зря набрали этой воды. Я утром её хлебнул немного и через несколько минут головная боль прошла, а я чувствую себя бодро, будто не пил вчера.
У Татьяны на радостях подкосили ноги. Значит, теперь она может вернуться домой? Не выдержав, Таня расплакалась от счастья. Даже недавний кошмар в Припяти ушёл на последний план. Всё! Конец ужасам! Домой! Скорее бы домой!