Лена же, не веря своему счастью, буквально впрыгнула в джинсовые шорты и ринулась к выходу, по дороге надевая майку, забыв про брошенный лифчик. Но, а Дима схватил ее у самой двери за руку, и сжав зубы, злобно произнес.
- Не дай бог, если я узнаю, что ты открывала свой поганый рот…. Ты будешь завидовать мертвым. Поняла?!
Девушка, заикаясь, попыталась сказать слово – «поняла», но смогла лишь выдавить неразборчивые звуки.
- Вот и хорошо, а теперь вали. И молись, чтобы мы больше не пересеклись.
Как только Дима отпустил ее руку, та вмиг вылетела из Пашиной квартиры, и не дожидаясь лифта, побежала вниз по лестнице. Ее сердце колотилось как бешеное, виски стучали, а в глазах стоял темный туман. Лена все еще не могла опомниться от происшедшего, ее тело колотило адреналином, а мозг до сих пор не верил в то, что она уже свободна.
Выйдя на улицу, девчонка старательно попыталась вытереть с лица, уже запекшуюся кровь, носовым платком, чудом оказавшимся в ее маленьком кармане, на таких же маленьких шортах. Ей даже приходилось плевать на него, но это слабо помогало, ведь плевала она кровью разбитых десен. Так спустя время ей все же, удалось более-менее очиститься, и даже немного прийти в себя.
Лена оглянулась и замерла. Она с испугом обнаружила, что все это время в беспамятстве просто куда-то шла. Ее сильно трясло изнутри, а в голове была каша, из эмоций и перепутанных мыслей, приправленных как физической, так и душевной болью. Подняв голову, девчонка увидела зашарпанную надпись над не менее зашарпанной дверью в двухэтажное здание - "городская поликлиника №17". Уставившись в эту вывеску, Лена пыталась сообразить, что ей делать и на что решаться. Но вот решение уперто не приходило в опустошенную голову. Уйти и зализать раны? Или же войти и попытаться отомстить? Снять побои, зафиксировать изнасилование и подать, на свой страх и риск, заявление? Терять то, все равно, особо и нечего. Так немного постояв, она все же, решила зайти, и для начала, хотя бы просто проконсультироваться.
Робко, осторожно и прихрамывая, Лена вошла внутрь, c силой и со страшным скрипом, открыв старую деревянную дверь. Там ее ждал слабоосвещенный холл и стеклянная регистратура, в которой сидела мрачная пожилая медсестра. Она выглядела словно персонаж советского фильма, полностью подходя под старый стереотип медсестры. Ниже среднего роста, полная, кучерявая, с пронзительным, холодным взглядом. Даже белый халат был старого советского образца. Девушка тихо подошла к ней и попыталась обратить на себя внимание, но голос не слушался, и она издавала лишь нечленораздельную речь. Медсестра с отвращением стала рассматривать грязную, в старой поношенной одежде, с опухшим лицом и красными глазами, трясущуюся девушку.
- Чего тебе надо? – сухим голосом спросила та, но Лена все еще не могла выдавить из себя, ни слова.
Тогда медсестра привстала и посмотрела вглубь коридора, затем сев обратно, взяла трубку телефона и немного помолчав, сказала, все тем же полусонным голосом, с нескрываемой нотой отвращения.
- Алло, Дарья Иванна? Да, я, - затем женщина подняла свой брезгливый взгляд на Лену, - тут девица пожаловала. Та вроде наркоманка, не из твоих ли часом? Взгляни.
Лена все еще продолжала дрожать, но при этом отчаянно пыталась оправдаться и махала головой - нет, но медсестре было все равно. Она смотрела на девушку холодным, безучастным взглядом, всем своим видом показывая, что навидалась таких, как Лена.
Спустя несколько минут в коридор вышла другая женщина, явно доктор. Чуть моложе, полноватая, маленького роста, с нелепо-красными волосами, и уставшим от жизни лицом. На ней были узкие черные очки, и слепяще-белый халат. Доктор внимательно осмотрела Лену и подошла к ней почти в упор.
- Ты ко мне?
- Та она, два слова связать не может, - тут же донеслось из регистратуры.
Но Лена собрала оставшиеся силы в кулак и тихо, запинаясь, сказала.
- Я… я…, не знаю, к… к… к кому…, мне обратиться.
Женщина доктор, еще раз окинула ее пафосным взглядом, и приглушенно, словно сдерживаясь, ответила.
- Ну, тогда обратись ко мне.
Затем она развернулась и направилась в кабинет, из которого недавно вышла. Хоть Лену, Дарья Ивановна и не пригласила, та все же, прихрамывая, направилась за той. В кабинете было темно, даже несмотря на огромное, старое окно. Теневая сторона здания, плюс много густых комнатных растений на подоконнике, практически полностью перекрывали доступ к свету. Сам кабинет был маленький, и явно рассчитан на одного врача и одного пациента. Стены были обвешаны разного рода дипломами и благодарностями, рекламой каких-то лекарств, да и просто врачебной пропагандой здорового образа жизни, с наигранно-улыбающимися, псевдо-счастливыми людьми. Но Лену насторожило закономерно повторяющееся слово нарколог, иногда даже в виде заглавия. На это девушка растерянно засуетилась, и пытаясь подобрать слова, умоляюще смотрела на доктора. Женщина же села в свое высокое, вращающееся кресло, и в ответ вопросительно на нее взглянула, указав на стул перед собой.