– И на этом успокоились? – осуждающе спросил Костромин.
– Не совсем… Надумал я другим путем пронять твердолобых – написал в районную газету. Но пока статью мою там обсуждали да согласовывали, пришла осень. А осенью начал работать у нас замполит Следников, поступило много дополнительных тракторов, и леспромхоз стал выполнять план, даже вышел на первое место в районе. Редакция газеты посчитала несвоевременным критиковать наш леспромхоз и положила статью в стол… В начале зимы кое-какие мероприятия мы наметили со Следниковым, да не вовремя уехал он лечиться.
– Замполит скоро вернется, – сказал Костромин.
Настырный ничего не ответил, но было видно, что это для него не новость. Возможно, что начальник лесопункта даже писал Следникову, жаловался на невнимание к Медвежке. Костромину очень хотелось узнать, какие именно мероприятия намечали они, но, судя по всему, Настырный не собирался посвящать его в свои замыслы.
– Да, пора уже другим лесопунктам догонять Медвежку, – сказал Настырный просто, как будто вслух подумал. – А то у меня некоторые работнички начинают киснуть от… самодовольства. Пора! – повторил он и недвусмысленно посмотрел на инженера, намекая, что задача эта в первую очередь ложится на Костромина.
Инженер принял вызов и спросил с молодым задором:
– А если перегонят?
– Милости просим: дорога широкая, всем места хватит… Только так просто, за здорово живешь, Медвежка обогнать себя не даст!
В это время груженый состав остановился против станции. Дежурный, широко размахивая единственной рукой, подошел к паровозу и вручил машинисту путевое разрешение. Костромин, сопровождаемый начальником лесопункта, направился к ближайшей платформе с тормозной площадкой.
– Кстати, кто такой Усатов? – спросил на ходу Настырный.
– Разве он уже успел побывать и у вас? – удивился инженер.
– Нет, он мне вчера звонил с Восемнадцатого километра, интересовался, доволен ли я вами как главным инженером леспромхоза. Мне показалось, что Усатов собирает на вас материал.
– А пусть собирает! – беззаботно сказал Костромин и вспомнил секретаря райкома, который, по словам Чеусова, не был на стороне Усатова.
Инженер взобрался на тормозную площадку, в первый раз за день сверху вниз посмотрел на Настырного и – словно только этого ждал – тоже впервые за все время пребывания в Медвежке распорядился:
– Приготовьте сто двадцать кубометров газочурки для отправки. Наметьте мастера потолковей для сопровождения экскурсантов: на днях пришлю к вам поучиться мастеров и рабочих с других участков.
– Присылайте! – сказал Настырный. – Пусть смотрят, не жалко!
Состав тронулся, а начальник Медвежки долго еще, не двигаясь, один-одинешенек стоял на чистом перроне и смотрел вслед поезду, как бы выпытывая у красного хвостового фонаря, что за человек инженер Костромин: на самом ли деле начнет он перестройку леспромхоза, или все останется по-старому?..
Платформу кидало из стороны в сторону. Ветер продувал тормозную площадку насквозь – на насыпях он был сильнее, в выемках затихал. Близкие концы бревен с соседней платформы, как орудийные жерла, тупо нацеливались на Костромина. Он поднял отвердевший на морозе высокий воротник полушубка и, прислушиваясь к холодному, неуютному рокоту колес под ногами, почувствовал, как постепенно улетучивается то приподнятое настроение, которое охватило его в Медвежке.
Хотя Костромин и не жалел, что побывал в дальнем лесопункте и познакомился с Настырным, но недовольство собой росло в нем тем больше, чем ближе к Сижме подходил поезд. Вот и еще один день прошел, а он ни на шаг не подвинулся к цели – так и не узнал, как перестраивать работу леспромхоза, с чего начать.
Уж не просмотрел ли он чего-нибудь у Настырного? Инженер перебрал в памяти все достопримечательности Медвежки: расторопных мастеров, чистые волоки, завидное состояние трелевочных тракторов… Что-то еще удивило его в трелевке?.. Ах да: тракторы ни минуты не задерживались на пасеке в ожидании древесины, как это сплошь да рядом случалось на других участках. Но запас древесины на пасеках был небольшой – всего на два-три тракторных воза, в то время как на других лесопунктах на пасеках порой скоплялись целые кучи бревен, как после бурелома, или, наоборот, пасеки были пусты, как садовые аллеи, и трактору приходилось долго ждать, пока электропильщики наготовят ему бревен для воза. Видимо, в Медвежке специально следили за тем, чтобы выработка электропильщиков не обгоняла трелевку и не отставала от нее…