Софья взошла на трибуну, волнуясь, звонко сказала:
– Товарищи! – и, увидев устремленные на нее десятки любопытных глаз, напомнивших ей привычную и уже немного позабытую школу, сразу успокоилась. – Товарищи, – повторила она, – мне кажется, что вопрос не только в том, обидел Мурашов Нюсю деньгами или не обидел. Надо прямо сказать: Мурашов просто не имел никакого права так обращаться с деньгами, как он с ними обращался. Если даже допустить, что деньги ему легко достались, то все равно – деньги эти советские, на них портрет Ленина есть, и не к лицу комсомольцу по-гусарски бросать их на стойку… Чтобы уж не возвращаться больше к деньгам, скажу, что меня вообще очень поразило, как в Сижме неуважительно к ним относятся. Видимо, многие товарищи еще не понимают: наше правительство нашло возможным установить для лесорубов привилегированные условия оплаты труда не ради того, чтобы они сорили деньгами направо и налево, а для того, чтобы они скорей поднимали свой технический и культурный уровень и вытаскивали лесную промышленность из прорыва, – я так понимаю…
В зале стало очень тихо: в Сижме впервые говорили об уважении к деньгам. Даже Валерка, поначалу разочаровавшийся в Софье, перестал ерзать на стуле. В президиуме диспетчер шепнул на ухо Низовцеву:
– Дельно говорит!
– С высшим образованием, чего ты хочешь!
– Но дело не только в деньгах, – продолжала Софья. – Меня удивило, что выступающие товарищи затрагивали боковые вопросы и разные последствия проступка Мурашова, а сам проступок принимали как нечто безобидное. Главное же в том, что комсомолец Мурашов пришел в буфет уже выпивши и из-за какой-то – тьфу! – очередной порции вина повел себя не по-комсомольски. Напрасно Мурашов думает, что решительное, как он тут выразился, свидание может служить ему оправданием. – Софья усмехнулась, подалась вперед с трибуны. – Хотите, ребята, я вам открою одну… женскую тайну? Надеюсь, что присутствующие здесь девушки не будут на меня в обиде… Так вот: если пьющих женщины только терпят, то непьющих – они любят!.. Или я неправду сказала?
Все сижемские девчата зааплодировали Софье. Девушка в белом платке тоже хлопала. Одна только Люба-нормировщица, сидевшая как на иголках с самого начала выступления Софьи, не аплодировала. Она крикнула было:
– Демагогический ход! – но ее выкрик потонул в общем шуме.
– Я еще недавно в Сижме, – сказала Софья, – но уже успела заметить, что вино тут в большой моде и молодежь от стариков не отстает. Может быть, поэтому здесь никто всерьез и не обвинил Мурашова: сегодня, мол, он, а завтра – я!
В зале одобрительно засмеялись.
– В точку попала! – крикнул чей-то густой голос из задних рядов.
– Между тем нет ничего более дикого и неестественного, чем пьяный комсомолец. Я бы сказала даже так: комсомол и пьянство – несовместимы… Но, несмотря на все это, мне кажется, что тот товарищ, который внес предложение исключить Мурашова из комсомола, не прав.
– Ну и логика! – крикнула Люба.
– Задумывались ли вы когда-нибудь, почему в Сижме в таком почете вино? – спросила Софья. – Причина, может быть, слишком простая. Пришли вечером люди с работы, поужинали, отдохнули немного. Спать еще рано. Что делать? Пойдем в клуб? Так ведь там пять-шесть дней в неделю на дверях вот такой замок висит. – Софья наглядно показала, какой большой, увесистый замок висит на входных дверях клуба. – Почитать хорошую книгу? Но библиотека существует только на бумаге, книги не разобраны, лежат пачками, каталога нет. В Сижме нельзя вечером ни сыграть в шашки или шахматы, ни потанцевать. Раз в неделю смотри кино – вот и все культурное обслуживание. Что остается делать ребятам?
– Значит, вы оправдываете их пьянство? – подозрительно спросил Миша Низовцев.
– Я ничего не оправдываю, я лишь считаю, что в пьянстве виновны не только те товарищи, которые пьют, как Мурашов, но прежде всего комитет в полном составе и вообще все комсомольцы. Скажите, почему комсомол до сих пор не взял в свои руки культурную работу, почему нет даже заведующего клубом?
– Нет такой единицы в штатном расписании! – крикнула Люба, глубоко презирая Софью за то, что ленинградка, видимо, никакого понятия не имеет о штатах леспромхоза. Больно уж просто у нее выходит: потребовался человек – так сразу его и нанимай.
А из какого фонда зарплату ему выдавать – ей и горюшка мало!..
– Вот в том-то и беда, что в Сижме до сих пор слишком часто оглядывались на штатное расписание и разные единицы, а живую культурную работу не разворачивали. Почему нельзя создать совет клуба? Совет разработал бы план, снял бы замок с дверей, назначал бы ежедневно ответственных дежурных. Раз в неделю каждый сможет дежурить и без штатного расписания! Комсомолу надо не только организовать производственную работу своих членов, но и руководить их учебой, досугом, развлечением…