Возле шпалорезки, которой начинался поселок, на поляне между опилочных холмов кружилось в танце несколько пар. Гармонист восседал на верхушке высокого штабеля горбылей и самозабвенно играл, закрыв глаза. Кавалеров не хватало, и маленький невзрачный рулевой Петя, успевший уже поставить свою посудину на прикол, раскрасневшийся, потный и счастливый, танцевал без передышки со всеми девушками.
– Где же ваши кавалеры, девчата? – спросил Воскобойников.
– Все сбежали, не выдержали нашей красоты! – отозвалась бойкая звеньевая сортировщиц. – Андрей Петрович, айда к нам танцевать, а то споем что-нибудь про любовь!
– Куда мне! – отмахнулся Воскобойников. – Я вам только веселье испорчу. – И добавил почти весело: – Для любви я человек конченый!
В конторе было уже по-вечернему пусто, лишь в бухгалтерии дробно щелкали счеты да в диспетчерской лысый загорелый Ивушкин старательно графил широкие листы бумаги. Линейка была короткая, Ивушкину приходилось по три раза прикладывать ее к листу, но линии получались прямые: диспетчер славился своей аккуратностью.
– Как Сижма? – спросил Воскобойников.
Ивушкин безнадежно махнул рукой:
– Нет связи по-прежнему…
После окончания ранневесенней сплотки в верховьях реки на Сижемском участке осталась обвязочная проволока. Неделю назад в Сижму выехал директор сплавной конторы Потапов – поторопить местных работников со сбором проволоки и отправкой ее в низовые запани, где сплотка шла полным ходом и запас проволоки быстро таял. На помощь треста надеяться было нечего: давно ожидаемая баржа с такелажем села на мель где-то в устье реки. Выручить сплавконтору могла только сижемская проволока, а в довершение всех бед вчерашняя гроза нарушила телефонную связь с Сижмой, – и теперь Воскобойников не знал, как там дела у Потапова, можно ли ждать от него проволоку и когда именно.
– Вызывайте Сижму каждые полчаса, – приказал Воскобойников дежурной телефонистке и стал просматривать телефонограммы с участков.
Ему хотелось тяжкой, изматывающей работы, чтобы не думать больше об Анне. Но, как назло, главному инженеру сплавной конторы делать сейчас было нечего: запани нормально сплачивали древесину и формировали плоты, буксирные катера работали исправно. Все участки просили только проволоку, а ее-то как раз достать Воскобойникову было неоткуда.
– Я сам проволоку не тяну! – сердито сказал он и вызвал по телефону Белоборскую запань.
Минут пять Воскобойников распекал начальника запани, пока не спохватился, что пытается сорвать на нем всю свою злость – и не только за пропуск древесины и неполадки с проволокой, но, похоже, даже и за размолвку свою с Анной. Сконфуженный, он оборвал разговор.
– Научились вы чихвостить участковых тружеников! – насмешливо проговорил Ивушкин, намекая на первое время работы Воскобойникова в конторе, когда тот стыдился упрекать в чем-либо сплавных аборигенов.
– С вами научишься… – пробормотал Воскобойников и полез в карман за папиросами.
Он наткнулся на тяжелый сверток и не сразу догадался, что это бутылка с вином.
– Где Степановна? – спросил он строго.
– Секретарша в город ушла, – ответила телефонистка. – В кино сегодня новая комедия.
– Носит ее нелегкая! – проворчал Воскобойников и направился в свою комнату, которая находилась в соседнем с конторой доме.
Он долго откупоривал бутылку перочинным ножом. Пробка искрошилась, и никак не удавалось ее вытащить: простые житейские дела вообще плохо удавались Воскобойникову. Он разозлился и затолкал пробку внутрь бутылки. Потом убрал со стола книги, перевернул скатерть, нарезал колбасы и открыл банку своих любимых овощных консервов. Критически оглядев стол, Воскобойников достал из шкафа пучок зеленого лука – подарок Степановны, которая клялась, что существует прямая зависимость между количеством поглощаемых начальством витаминов и выполнением производственного плана, и по этой причине вечно пичкала инженера зеленью со своего огорода.
Пить в одиночку не хотелось. «Позову-ка я Ивушкина», – неожиданно решил Воскобойников и сам себе подивился, так как недолюбливал болтливого желчного диспетчера.
Ивушкин не заставил себя долго просить и только осведомился, по какому поводу состоится выпивка в будний день.
– Внеплановое событие приключилось… – туманно объяснил Воскобойников, и диспетчер усмехнулся, будто понял, что стоит за всем этим.
Выпили по первому стакану. Вино оказалось кислым и слабым.