И Варе очень захотелось оставить на этом месте какую-нибудь память о себе.
Улучив минуту, когда Павел Савельевич отошел от саженцев, она выбрала дубок покрупней и, прячась за стеной вагончика, прокралась к пашне. Там Варя отыскала местечко повыше, разгребла руками рыхлую землю и посадила свой дубок. Она тщательно выровняла саженец, чтобы дерево выросло прямым и стройным, всем другим дубкам в пример, а людям на радость и загляденье.
А когда Варя поднялась с земли, то совсем близко от себя увидела Алексея. Он быстро шел к ней своей легкой, как бы летящей походкой. Правую руку он держал за спиной и вынес ее вперед, только подойдя к Варе. В руке у него было ветвистое деревце. Варя подивилась, где это Алексей сумел раздобыть такой завидный саженец.
– Что это, клен? – спросила она, пристально рассматривая деревце.
– А шут его знает! Вроде бы клен… Смешно: сажаем лес, а в породах путаемся.
– Ничего смешного тут нет, мы же степной народ, – утешила его Варя.
– И то верно! – охотно согласился Алексей. – Можно я свой саженец… будем считать его кленом… возле твоего дубка посажу?
Сейчас Алексей совсем не напоминал недавнего расторопного бригадира, который руководил сборами в дорогу и ругал ленивую Федосью. И на вчерашнего Алексея, требовательного и настойчивого, он тоже не был похож. Варе очень понравился покорный его вид, и она поняла, что Алексей ни капельки ее не презирает. Боясь выдать свою радость, она ничего не стала говорить, а лишь молча кивнула головой, разрешая посадить рядом со своим дубком предполагаемый кленок. Алексей поспешно нагнулся, точно опасался, что Варя передумает, и стал разгребать ямку у самого корня Вариного деревца.
– Не там, молодой человек, сажаете, а еще техминимум сдавали, – поддел его вездесущий Павел Савельевич. – Отодвиньте-ка свою лесину на семьдесят сантиметров.
Варя испугалась, что придирчивый старик запретит ей с Алексеем самовольную посадку, но он лишь скользнул глазами по их напряженным лицам и тут же отвернулся – то ли постеснялся догадаться, зачем им все это понадобилось, то ли по старомодной своей щепетильности застыдился, что нечаянно подсмотрел то, что ему вовсе не предназначалось. Стоя к ним вполоборота, Павел Савельевич развернул складной метр, окованный равнодушной жестью, и приставил его к дубку. Метр был фабричного производства, но деления на нем показались Варе очень уж широкими.
– А ближе никак нельзя, ручная ведь посадка?.. – заискивающе спросил Алексей, и Варя поняла, что у них одинаковый глазомер и Алексея тоже не устраивают длиннющие сантиметры.
И тут уж никакая щепетильность Павла Савельевича не выдержала такого покушения на священные правила лесопосадок.
– Ближе моркву будете сажать, а тут лесная полоса, – непреклонно сказал он и сорвался с места, заметив какой-то непорядок у посадочных машин.
Алексей шумно вздохнул и стал копать лунку, неодобрительно поглядывая на широкий просвет между дубком и кленом. Варя сверху смотрела на его склоненную голову, и ей вдруг показалось, что так уж было однажды в ее жизни, хотя она хорошо помнила, что ничего такого у нее не было…
Они отошли на десяток шагов от посаженных деревцев и, не сговариваясь, одновременно обернулись. Маленькие желтые листья – один на клене и два на дубке – дружно трепетали на утреннем ветру, как бы прощаясь с Алексеем и Варей.
Пшеницын во весь рост стоял на своем тракторе-крейсере и сердито смотрел на замешкавшихся бригадира с учетчицей, горя нетерпением поскорей тронуться в путь.
Лесопосадчицы уже приступили к работе. Одеты они были в те же цветастые платья, в которых вчера танцевали, и Варе это понравилось. Девчата попарно расселись на низеньких сиденьях лесопосадочных машин, брали из ящиков саженцы и проворно совали их в желобок. Брезентовые зажимы с громким стуком, похожим на хлопанье в ладоши, захватывали снизу верхушки саженцев, переворачивали их корнями к земле и опускали в узкую борозду, которую прокладывал в пашне идущий впереди диск, а катки сзади плотно обжимали деревца землей.
Прямые строчки посаженного леса выбегали из-под машин. Работа у девчат была чище и веселей, чем в тракторной бригаде, но Варя им не позавидовала. Девчата сажали лес уже на вспаханной земле, а первыми приходили в степь и подымали вековую залежь они, трактористы.
Алексей с Варей сели в кабину головного трактора.
– Дай я поведу машину, – попросила Варя: к ней пришла уверенность, что сегодня такой счастливый день в ее жизни, когда должны сбываться все мечты.
Они поменялись местами в кабине. Варя, волнуясь, выжала рычаг, включила скорость. Трактор бесконечно долгое время стоял неподвижно, так что она даже усомнилась: не напутала ли чего, ведь по книжке изучала. Но вот трактор дрогнул всем своим большим тяжелым телом и нехотя тронулся с места, повинуясь тонкой Вариной руке. У Вари даже слезы радости навернулись на глаза – так она была благодарна этой умной махине и гордилась собой.