– Правильно, пусть зимуют битыми! – одобрил Федор Николаевич.
Стадион решили строить на пустыре за поселковыми огородами. Ночью сплавщики тайно съездили на катере к лесозаводу. Пока Михаил с Чуркиным мерили рулеткой стадион, Боровиков стоял на страже, вглядываясь в белесую мглу: не идет ли кто из заводских рабочих.
Весь следующий день Михаил с нивелиром и рейками бродил по пустырю, разукрашивая его вдоль и поперек колышками. А на третий день, сразу после работы, футбольная команда в полном составе с топорами, лопатами и кирками вышла на пустырь. Прежние хозяева пустыря – козы – испуганным табунком сбились на месте будущей штрафной площадки, неодобрительно трясли бородами.
Самой тяжелой работой оказалась корчевка пней.
– Не имел мужик заботы, так надумал строить стадион! – сказал Боровиков, обрубая топором корни.
– Построим мы стадион, – подхватил радист, – а лесозаводцы приедут и на нашем же стадионе нам и наклепают. Позору еще больше будет!
– С такими игроками, как ты, и наклепают, – решил Чуркин. – Ничего удивительного!
Радист уже открыл рот, чтобы одернуть зарвавшегося вратаря, но вдруг свистнул протяжно и удивленно: от поселка к пустырю шли сортировщицы во главе с Нюрой Уваровой и Дашей Векшиной. Девчата вооружились лопатами и кирками и шагали торжественно, чуть ли даже не в ногу.
– Одного вечера без нас не выдержали! – крикнул Боровиков. – Соскучились!
Нюра подошла к Михаилу:
– Где нам работать?
– Девчата надумали женскую футбольную команду организовать, – не унимался Боровиков. – Решили прогреметь на всю страну!
– Вот я сейчас по твоей спине прогремлю лопатой! – беззлобно сказала Даша Векшина – рослая, широкоплечая девушка, про которую говорили, что начальник запани приглашал ее работать в кузницу молотобойцем, но она не пошла лишь из-за женского самолюбия.
Михаил отвел девчатам участок:
– Начинайте отсюда и ровняйте до горелого пня, там как раз ворота будут.
– А дорожка? – спросила Нюра.
– Какая дорожка?
– Обыкновенная, беговая.
Михаил растерянно снял с головы фуражку:
– Да вы что, столичный стадион надумали строить?
Нюра быстрым взглядом окинула подруг, задержала глаза на спокойной монументальной фигуре Даши.
– Нам такой стадион нужен, чтобы, кроме футбола, было где бегать, прыгать, в волейбол поиграть.
– Правильно! – одобрил Чуркин. – Делать так делать.
– Один – ноль в пользу женщин… – сказал Боровиков.
Первое время после прихода Нюриной бригады футболисты трудились особенно рьяно, рисуясь перед девчатами своей силой и ловкостью. Но нагретый за день воздух располагал к дремоте, комары жалили с извечной таежной свирепостью, а развороченный пустырь не изъявлял заметного желания поскорее преобразиться в благоустроенный стадион. Перекуры становились все длинней и длинней, цигарки крутились все толще и толще. Ребята с тоской посматривали на частые цепкие пни.
Нюра подозвала к себе Михаила:
– Проверь, так ли делаем?.. – Она огляделась вокруг, тихо сказала: – Ты каждой бригаде дневное задание давай. Окончат – могут уходить… Сразу видно, мало с людьми работал. Это потрудней будет, чем возле нивелира-ювелира крутиться!
Михаил покраснел, отвернулся.
– Не нравится от девчат советы принимать? Ничего, от меня можно…
На другой день Михаил дал задание каждой бригаде.
– Вот невезение! – сокрушенно сказала Нюра. – Придется сегодня Чуркину помогать.
– Это почему же? – удивился вратарь.
– Не ночевать же вам на пустыре, – сердобольно объяснила Нюра. – Сыро здесь, еще простудитесь!
Чуркин так рассердился, что не нашелся ничего ответить. Но прежде чем приступить к работе, он добрых пять минут держал речь перед своей бригадой, настойчиво помахивая сжатой в кулак рукой. Перекуры футболисты делали по команде, работали молча. Только радист все ворчал, да Боровиков, подзадоривая его, говорил, что это безобразие заставлять «хозяина эфира» корчевать пни. Мужская бригада быстро продвигалась к границе отведенного ей на день участка. Девчата забеспокоились, кирка в богатырских руках Даши Векшиной взлетала все выше и выше.
Закончив свой участок, футболисты двинулись на помощь к девчатам. Впереди важно выступал торжествующий Чуркин. Но не успели ребята подойти к сортировщицам, как те сами завершили работу.
– Вы что, на танцы нас приглашаете? – спросила Нюра у Чуркина. – Дайте хоть умыться!..