– Ты где?
– С бот-шоу еду, – созналась Дашка и с небольшим опозданием прошипела Тубеленькому: – Заткнись!
– Мудаидзе преследуем? – веселился Олигарх.
– Угу.
– А парню-то остается только посочувствовать, – глумливо подметил мужчина мечты и ехидно поинтересовался: – Может, мне ему позвонить?
– Не смешно! – надулась Дашка. – Что делать? Он теперь даже не здоровается.
– Сжечь на площади грузинский флаг.
– А дальше?
– Дальше получите орден «За заслуги перед Отечеством».
Удалив из рассказа «индюка» и «страпон», Дашка, утренняя и трезвая, поведала историю его знакомства с «народным» призраку.
– Странно, Даш, – Григорий Зурабович напрягся, – этой выставки я совсем не помню, а от ощущения, что видел твоего Тубеленького раньше, отделаться не могу…
– Ровно неделя, – посмотрев на календарь, перебила его Дарья.
– Что неделя? – не понял Григорий.
– У нас осталась ровно неделя. Неделя до того, как все будет кончено.
– Да ладно? Выходит, я уже три месяца живу с тобой? Пора в загс! – попытался пошутить Чабурадзе. Однако смеяться ни ему, ни Дашке не хотелось.
– Гриш, прости меня, – попросила она.
– За что опять? Я же сказал, что не злюсь.
– За то, что так и не смогла найти убийцу. Я, правда, не знаю, кому была выгодна твоя смерть.
– Я тоже… Собирайся, поедем в офис. Если ничего там не найдешь, попросишь на недельку отгул. Не хочу терять время зря. Будем использовать его по полной!
Внутреннее расследование
В сотый раз, перебирая бумаги Super Marin, Дарья силилась разгадать неразгадываемое. Выходило, что смерть Григория никому выгодна не была. Скорее наоборот, компании была выгодна его жизнь.
– Ангелина! – Дарья позвала к себе в кабинет копирайтера компании.
– Да, Даш? – с нарочитой мягкостью улыбнулась стервозная барышня.
– Можешь рассказать мне об отношении к Григорию в компании?
– К какому Григорию?
– Сучка! – мрачно откомментировал призрак. С копирайтершей он когда-то умудрился переспать. С тех пор она считала себя его личным помощником.
– К Чабурадзе, – Дарья доверительно улыбнулась и попросила секретаршу принести им чай.
– Ровное! А тебе зачем? – не сдавала позиции Ангелина. Она хорошо помнила, как под предлогом интервью Дарья правдами и неправдами прорывалась к ним в офис при жизни Григория.
К чести последней, интервью она действительно сделала, только не с Чабурадзе, а с владельцем компании. Сделала для журнала, в котором когда-то снималась сама в качестве модели и которым владел друг отца.
Писала Дарья неплохо, но в морских терминах разбиралась, как Тубеленький в ядерной физике. «Услужливая» Ангелина вызвалась помочь и подкорректировать вопросы, а заодно и разведать, как обстоят дела у журналистки на личном фронте. Барышня очень боялась, что активная Дарья все-таки доберется до Григория Зурабовича и ее сместит. Дарья жизнь свою личную описала не хуже публичной: в красках и счастливых подробностях, чем несказанно копирайтершу порадовала. В награду Дарье выдали список вопросов и фотографию Чабурадзе в качестве бонуса.
Интервьюируемый владелец компании Алеша Далекий оказался удручающе-семейным и, в отличие от коллеги, морально-устойчивым. Он подробно ответил на вопросы и даже не подал виду, что о Дарье наслышан.
– Ваша компания планирует расширить количество регионов, с которыми работает, в целях увеличения процента продаж? – уточнила «журналистка» и, подсунув под нос интеллигентного руководителя телефонный диктофон, сквозь который то и дело прорывался пьяный Тубеленький, с надеждой уставилась на дверь. Надеялась она увидеть пробегающего по коридору Чабурадзе. Григорий в свою очередь прятался в мужской уборной и надеялся Дашку не увидеть. Столпившиеся возле места общественного пользования сотрудники компании недобро перешептывались. Их объединяла страшная корпоративная тайна: все они желали гендиректору в туалете застрять!
На двадцатом вопросе наша героиня приуныла: судя по всему, трусоватый объект выбираться из укрытия не планировал. Об этом свидетельствовал нарастающий ропот тех, кому уборная тоже была нужна. Компрометирующее предложение
Пару недель спустя интервью и впрямь было готово. Оценить его, правда, господин Чабурадзе не успел. На дворе стоял март, и роковой выстрел уже отзвучал.
– Ангелин, понимаешь, – Дашка доверительно к ней нагнулась. Дальнейшее требовало от нее воскрешения забытых за ненадобностью психологических знаний, приобретенных в предыдущем, не самом любимом вузе, оконченном на радость Олигарху и маме.