Ивушкин в способности Дашкины не верил, но так как еще при жизни Григория периодически с ней и Анжеликой-Анжелой тусовался, на наличие ее в компании смотрел так, как если бы в шефы ему поставили бармена из ближайшего к дому заведения. С ней всегда можно было договориться, а при случае даже выпить-закусить, не отлучаясь из офиса. Впрочем, и позвонить в пять утра в пьяном угаре тоже не возбранялось…
– Миш, а тебе Григория не хватает?
– Мне? – Ивушкин задумался. Повисла неловкая пауза. Дашка откупорила бутылку виски и осторожно пододвинула ее собеседнику. Ивушкин выпил и разоткровенничался.
Из пространной его речь вдруг обрела неприятную для ушей призрака конкретику. Суть откровений сводилась к тому, что хоть и был Гриша парнем неплохим, но помер он, и хрен в общем-то с ним. С Дашкой, дескать, стало спокойнее, да и в шефе ему, Ивушкину, нужды нет и не было. Он – сам по себе, Григорий сам.
Дальше выяснилось, что кроме лояльно-семейного и абсолютно незаинтересованного в смерти Чабурадзе Алеши, никто слова доброго о Григории сказать не может, более того, большинство склонялось к тому, что туда ему и дорога.
Так, методом дедукции и индукции, почерпнутым из книжек Конан Дойла, Дашка пришла к неутешительному выводу: чтобы отвести от себя подозрение, убийца должен был Чабурадзе хвалить, а в офисе таких людей не было. Впрочем, взглянув на помрачневшего призрака, Дашке самой захотелось весь офис перестрелять.
Дома Дарья раскрыла журнал с фотографией Изи и тяжело вздохнула.
– А ты возьми ему и позвони, – посоветовал Григорий.
– Да он со мной даже разговаривать не станет, – засомневалась Даша.
– Почему не станет? Ты же красивая, умная девка. Пригласи его на ужин.
– А если он откажется?
– Не откажется, если всякий бред нести не будешь!
Дарья подумала с минуту и набрала номер народного депутата.
– Привет, Изя! Это Дарья.
– Здравствуй, Дарья. Я тебя узнал, – Изя внутренне напрягся, но виду не подал.
– Хотела пригласить тебя на ужин. Можно? – Дашка нервничала, и голос ее слегка подрагивал от волнения.
«Наверное, пьяная или накурилась», – мысленно констатировал Изя и как можно радушнее ответил:
– Конечно можно. Приглашай! Только я в Тамбове и в Москву месяца через два вернусь, не раньше.
– Жа-а-аль, – по-чабурадзински печально протянула Даша и уже собралась попрощаться, как вдруг народный депутат ляпнул то, чего сам от себя никак не ожидал:
– А вообще, набери меня завтра, Даш! Я, может, проездом в Москве буду. Часов в семь вечера, ок?
Дашка положила трубку и, не веря собственному счастью, подпрыгнула почти до потолка.
– Вот видишь, как все просто! – улыбнулся Григорий. Изю он ненавидел почти физически. Идеальный соперник и «преданная» блондинистость
Весь вечер Дарья продумывала схему предстоящего свидания. Народного депутата предстояло удивить. Причем в положительную сторону. Наконец нужное направление было нащупано.
– Гриш, а помнишь, я как-то спросила тебя, как мне лучше: блондинкой или брюнеткой? – оживилась Даша.
– Не помню, – сознался призрак.
– Ты тогда ответил: естественной… – Дашка задумчиво покусывала нижнюю губу.
– Ну и?
– Идея! – заорала Дарья и, если бы Григорий Зурабович был материальным, наверняка бы бросилась его обнимать.
Утро началось для Дашки в салоне красоты. Параллельно она позвонила в офис Super Marin’a и не терпящим возражения голосом попросила оставить ей ключи от одной из корпоративных лодок, то есть тех, что находятся в процессе продажи.
– Тебе с капитаном? – уточнил экс-секретарь Чабурадзе, а ныне личный помощник Дарьи Ваня Форточка.
Дашка намеревалась отказаться, но призрак выразительно покрутил у виска, и она передумала:
– Да. Лучше с капитаном. «Заданное направление 68».
– До какого часу?
– Часов до двух, если все пойдет хорошо.
– Ок. Позвонишь за час, как определишься со временем.
Форточка по-прежнему относился к Дарье настороженно. Девушку, кричащую, что она фан-клуб Чабурадзе и с маниакальным упорством «курирующую» выставки яхт, воспринимать как серьезного делового партнера было сложно.
С Изей договорились встретиться у трибун Водного стадиона.
– Он не удивился? – уточнил Чабурадзе, с любопытством оглядывая видоизмененную Дашку.
– Разве только чуть-чуть, но приглашаю-то я, – она улыбнулась и, игриво призраку подмигнув, поинтересовалась: – А тебе как больше нравится?
– Мне так! – честно сознался Чабурадзе и мысленно понадеялся, что их с Изей вкусы не совпадают.