— Дур-р-ра, — донеслось мне обреченное в спину, — выходной!
Я так и застыла в проеме. Точно… выходной, а я так потерялась в этом ворохе учебной недели, что и забыла, что они у нас есть. Неудивительно, что так тихо — парни тоже, наверное, отсыпаются. Я хоть и была погружена в собственные заботы, но все же отметила, что они не прохлаждались в свободное время, а тоже были заняты учебой. Хоть и в меньшей степени, чем я. Но этим утром даже госпожа Навира не шуршала на кухне, готовя нам завтрак. Неужели тоже выходная? Боги, какое вкусное и прекрасное слово — выходной.
Мне бы вернуться в комнату и поспать еще немного, но утренняя встряска уже окончательно разбудила. А раз так, то стоило воспользоваться возможностью, и хоть сегодня успеть занять спорное пространство первой. Вот только зря я надеялась, что окажусь самой ранней пташкой в нашем доме (не считая Уинстона, конечно). Стоило мне приблизиться к заветной двери, как она распахнулась, являя мне капитана в одних лишь пижамных штанах и с переброшенным через плечо полотенцем. Голый торс поблескивал каплями влаги, но парня это совершенно не смущало. Да и я сама уже не слишком удивлялась — это первые пару раз Зануда скромничал, обряжаясь в пережиток прошлого, который он называл халатом. А после начала полномасштабной войны стесняться перестал и уже несколько дней светил голым телом передо мной по утрам.
— Доброе утро, — заметил он немного удивленно, явно не ожидая увидеть меня уже бодрствующей и даже посторонился, пропуская в заветную комнату.
— Доброе. Грей, будь добр, имей уважение к соседям, не ходи по дому полуголый, — поморщилась я, шагнув мимо него.
Да, утром я вообще не отличаюсь хорошим настроением.
— А что, вид слишком соблазнительный? Боишься не сдержаться? — с насмешкой заметил Зануда, промокая влажные волосы полотенцем.
— Соблазнительный? — фыркнула я, остановившись на пороге и оглянувшись на этого самодовольного наглеца. — Не льсти себе. Твой вид напрочь отбивает мне аппетит, а мне нельзя голодать — сам говорил, что нужно веса набрать.
— Да я не льщу, а вполне критичен. Представляешь, сколько девчонок из университета мечтали бы оказаться на твоем месте? — самоуверенно заметил он, сложив руки на груди.
— Они просто плохо тебя знают. За формой сложно сразу разглядеть всю твою натуру. Оказались бы пару раз на этом самом месте, и сразу бы передумали тебе поклоняться, — скривилась я, окидывая его скептическим взглядом.
Я, конечно, врала — сложен капитан был отлично. Хоть он меня и бесит (в том числе этой своей привычкой), я же не слепая. Широкие плечи, крепкие руки, узкая талия — не перекаченный, но долгие годы тренировок, что называется на лицо, точнее на тело. Но это же не повод ходить раздетым. Уверена, у Бабника фигура еще лучше, да и Милаш, несмотря на свой интеллигентный вид, вряд ли отстает (я-то видела, что он вытворяет с шестом на тренировках, подготовка у него отличная). Но они почему-то не стремились сверкать полуголыми видом и всегда спускались на кухню одетыми. И только капитан продолжал каждое утро приветствовать меня голыми торсом. Бесит.
— Коротышка, это и мой дом тоже, имею право ходить так, как мне удобно, — совершенно не обратил внимания на мои претензии Зануда.
— Это элементарные правила приличия, — процедила я, забыв про ванну напрочь и следуя за широкой (и голой!) спиной на кухню, надеясь донести до него свою точку зрения. — Мы все-таки не родственники, чтобы ты так передо мной расхаживал. А если бы в общежитии жил, ты бы тоже так ходил там? Сомневаюсь что-то.
— Но мы не в общежитии, мелкая, кому какая разница, как мы здесь ходим? — обернулся ко мне капитан, уже с раздражением. — Сама говоришь, что ты видов на меня не имеешь, так чего особо стесняться. Тебе вот в мохнатом пледе, который ты по недоразумению считаешь халатом удобно, ходи на здоровье, я что придираюсь? Только ты возникаешь.
— Мне есть разница, если ты не заметил, я девушка! Я не хочу каждое утро встречать видом твоего тела. И кто сказал, что мне удобно в халате? Я может тоже не хочу все время закутываться в него. Но это просто неприлично!
— Ну не хочешь, не закутывайся. Кто тебе не дает-то?
— Вот и не буду!
— И не надо!
Разозленная донельзя, я не подумав дернула пояс халата, решительно стянула его с плеч и с размахом хлопнула махровую ткань об пол, оставшись в ночнушке.
— Тогда нормально будет, если я так буду на завтрак выходить, правда? Это ведь и мой дом тоже, имею право. Что такого, мы же все друзья и товарищи по команде. А мне ТАК удобно! — прошипела я, складывая руки на груди.