Глава 4
Дима
Оказывается, красавицы могут не только привлекать, но и раздражать по разным причинам.
Вот явился новый парень — простой, тихий, по виду заучка, и всё, он не человек для определённой касты. Да, симпатичный, но всё портят очки не того бренда, да ещё с увеличительными линзами. И волосы зализаны по-дебильному, никаких косых чёлок и популярной, якобы небрежной, взлохмаченности. А в книгах учат, что человека любят не за внешность, а за характер. Ерунда! Вот она — краса потока Кира. Характер ужасный, а парней вокруг неё море. Наверное, как и я, книг не читают. Но я же откуда-то это знаю про внешность и характер.
А я на Киру смотрю иначе. Совсем испортился за несколько дней размышлений. Не хочу ничего замечать, моя миссия — пришёл, отсидел и на ус кое-что намотал. Я же в этом широком коричневом пиджаке с подёрнутыми плечами и в таких же брюках, из-за которых плевался сам на себя, пришёл учиться! А может от моего прошлого меня отвращает хлыщ Стас, постоянно красующийся и чувствовавший себя королём группы. Это я смотрю со стороны на себя, был таким же.
Вот тебе, Димон, ещё пример: скромная девчонка Лена не спускает глаз с плохого Стаса, хотя кривится от его поведения. На меня она смотрит не так, как признанные красавицы. Вернее, они на меня совсем не смотрят, а Лена признаёт за равного и делает попытки переключить личное внимание на меня, типа, такого же невзрачного. Ясно, что происходит в её голове: любить нужно хороших. Их же нужно жалеть. Кто б её пожалел? За человека не считают, она же не дотягивает до них ни фигурой, ни лицом, про шмотки вообще молчу.
Простачков в группе несколько, Лена не одна, но почему-то ей достаётся больше всех. Странная ситуация! Не считают за человека, но такое впечатление, что её мнение для них очень важно. Не осознают этого, а если бы осознали, всё равно не признались бы. Крутятся возле неё, не стесняются строить планы, далёкие от морали. Но опасаются, что им в лицо скажут, какие они гадкие, словно мнение Лены неоспоримо. И хочется его получить, и страшно узнать о себе правду. А ещё они поняли, что Лена умеет хранить секреты. Распинаются о своих проделках и знают, что никаких сплетен не будет.
И вот Лена терзается о том, рассказать ли мне о затее девчонок, чтобы оградить хорошего мальчика от ошибочных шагов, или услышанное должно оставаться тайной?
Я сразу понимаю, что затевает Кира с подружками. Слишком резко изменилось их отношение ко мне. Ничего нового не придумано, я сам не раз участвовал в таких проделках, когда спорил на девчонку. А тут новшество: три тигрицы будут биться за внимание котёнка мяу-мяу.
Оказывается, это противно, когда ненужный тебе человек буквально навязывается. Касается, заглядывает в глазки, почти открыто предлагает себя. И тем приятнее вести себя так, чтобы Кира чувствовала недоумение. Какой-то слабак не поддаётся чарам, которые сами плывут в руки!
Интересно, как далеко простираются их намерения? Чтобы я влюбился и бегал за ними или хотят попытаться сделать из меня мужчину, как когда-то Ангелина? Вряд ли, такого меня они к своему телу не подпустят. Придётся принять игру и поменяться местами. Только нужно выбрать момент.
Кира сама сделала шаг навстречу.
— Ты в аудиторию? — спрашивает, шагая рядом.
Я смущённо улыбаюсь и киваю.
— Я с тобой, — цепляет меня под руку.— Только заглянем в одно место.
Я знаю его, оно есть в любом универе, сюда можно забраться и целоваться.
— Не выдерживаю, — шепчет Кира и подтягивается к моим губам. Собирается слегка прикоснуться, чтобы свести меня с ума.
Мой выход!
Прижимаю затылок к себе и демонстрирую жадный тягучий медленный поцелуй, вооружившись всеми приёмами, какие знаю. Второй рукой провожу по спине, слегка задеваю ягодицы, провожу пальцем посредине, ощущаю её дрожь и поддаю пахом вперёд. Всё, готова!
Ошалевшую, не соображающую, что произошло, оставляю на месте и иду примерно отсиживать лекцию. И у меня никакого шевеления в причинном месте! Наблюдаю, как что-то доказывает подругам, слышу смех, который постепенно стихает. Красноречивые взгляды говорят, что моя цель достигнута. Полного удовлетворения не чувствую, потому что теперь и Лена знает о нашем поцелуе. Это почему-то коробит. Хочется оправдаться, чтобы знала: для меня спор девушек не секрет, я действую на опережение. Только зачем это мне?
Оборачиваюсь, смотрю на Лену по-другому. Зачем-то опускаю глаза на её губы. Охренеть! У Киры тоже не маленькие, но то прокачка, а у Лены припухлые по-детски, наверное, мягкие и ароматные.
«Ага, пахнут мамкиным молоком, — одёргиваю себя. — Мысли фильтруй, студент. А то уже чуть ли не представил, как эти губки берут…»