- Я чувствую, словно горю, сэр. Как будто сейчас взорвусь, закричу, кончу... Боже, пожалуйста. Трахните меня, пожалуйста. Бейте меня, трахайте, делайте, что хотите, просто используйте меня, сэр, - сказал Тобиас, говоря так быстро, как только мог, задыхаясь. Его яйца были напряжены, грудь тяжело вздымалась, и он чувствовал, что балансирует на тонкой грани между мольбой и потерей того небольшого контроля, что у него оставался.
- Трахнуть? Я обещал тебя трахнуть? - Прорычал Ной у него за спиной. - Тебе придется стараться лучше, если хочешь, чтобы мой член был у тебя в заднице. - Внезапно Ной широко раздвинул пальцами ягодицы Тобиаса, и в него проникло безошибочно узнаваемое горячее тепло языка Ноя.
Тобиас закричал. Знал, что закричал, и ненавидел себя за это, но должен был.
- О, Боже, нет! - закричал он, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не кончить. - Сэр, пожалуйста! Пожалуйста!
Ной отстранился.
- Что, пожалуйста? Еще немного моего языка? Трахнуть? Остановиться? Что, пожалуйста? - Ной слегка поддразнивал его, повышая голос. - Ну же, думай! Что тебе надо? Скажи мне! Заставь меня захотеть этого, мальчик. Умоляй. - Ной не стал дожидаться ответа и продолжил с того места, на котором остановился, дразня языком и зубами задницу Тобиаса.
Тобиас задрожал, попытался раздвинуть ноги, пошевелиться, но не смог. Он вскрикнул и застонал, наконец, глубоко вздохнул и подчинился.
- Лижите меня, сэр! Боже, да, пожалуйста, еще. Мне нужен ваш язык, трахните меня им, пожалуйста, сэр! Оближите, трахните, засуньте в меня свой член и трахните меня жестко, сэр!
Ной застонал ему в зад, трахая его языком несколько долгих мгновений, прежде чем отстраниться. Тобиас услышал знакомый щелчок смазки, прежде чем ноги Ноя обхватили его связанные лодыжки, а затем его Мастер прижался к нему, медленно входя. Невыносимо медленно. Мучительно медленно.
- Блядь, да, мальчик. Тесно. - Ной остановился, глубоко погрузившись по яйца, и наклонился над Тобиасом, лизнув его между лопаток. - Можешь продержаться еще немного? - прошептал он неожиданно ласково.
- Да, сэр. - О Боже, он надеялся, молился об этом. Тобиас пытался дышать, пытался сохранить контроль над своим телом.
- Хороший мальчик. Такой хороший мальчик, - тихо похвалил его Ной и начал двигаться, ускоряясь с каждым толчком, пока не застонал вместе с ними. Его пальцы крепко сжимали бедра Тобиаса, и их тела соприкасались с ритмичными звуками шлепков кожи о кожу. - Красивый мальчик, - выдохнул он. - Я так горжусь тобой.
Тобиас застонал, воспарив от похвалы.
- Спасибо, сэр, - прошептал он хриплым голосом. - Боже, мне так хорошо, сэр. Спасибо вам. - Он стонал и задыхался, выгибая спину и покачиваясь при каждом толчке.
- Я позволю тебе кончить, мальчик. Уже скоро. - Ной хмыкнул и задвигался в Тобиасе быстрее, глубже. - Скоро. Боже. Так тесно, так хорошо.
Тобиас захныкал. Он сосредоточился на Ное, а не на своем члене, пытаясь сделать так, чтобы ему было хорошо. Он сильно сжимал член Ноя, когда тот входил, добавляя немного трения, немного потягивания. Если бы мог, то добавил бы покачивание или что-нибудь еще, что угодно, лишь бы заставить Ноя взлететь вместе с ним.
Тобиас понял, что время истекло за несколько секунд до того, как Ной это произнес. Тело Ноя напряглось, толчки замедлились, а пальцы сильнее впились в бедра Тобиаса.
- Сейчас, мальчик. Кончи для меня. Давай! - Приказал Ной дрожащим голосом, с трудом переводя дыхание.
Тобиас кончил. Он кончал мягкими волнами, пронизывающими его насквозь. Он кончал огненными скачками. Он кончал бурными струями, пропитавшими постель. И все это время он кричал, желая, чтобы Ной - желая, чтобы его Мастер - кончил с ним, был рядом с ним.
- Да! - Ной задрожал и излился. Он глубоко засунул член и замер, пульсируя внутри Тобиаса, когда его захлестнула волна освобождения. Он издавал восхитительные звуки удовольствия, стоны и вздохи, а также долгий стон, в конце которого покрыл поцелуями спину Тобиаса. - О, хороший мальчик, хороший мальчик, - Ной запустил руку в волосы Тобиаса и нежно потянул, затем запустил в них пальцы.
Тобиас, кажется, замурлыкал. Он не был точно уверен, так как был занят попытками дышать и оставаться в сознании, но был очень большой шанс, что он мурлыкал.
- Спасибо, сэр, - тихо сказал он.
- Всегда пожалуйста, мальчик. - Некоторое время они стояли так, прижавшись друг к другу, каждый в какой-то степени приходил в себя, каждый возвращался к сознанию и успокаивал дыхание. Когда Ной, наконец, отстранился, он тяжело вздохнул и продолжил поддерживать контакт с Тобиасом, не убирая с него своих рук. - Сейчас я сниму это, мальчик. Это займет немного времени, просто расслабься. Иногда это может стать лучшей частью.
Это было, и правда, приятно. Руки Ноя на нем, веревки, скользящие по коже... Все было таким чувствительным, каждое прикосновение усиливалось. Тобиас застонал, когда Ной начал двигаться вокруг него, освобождая ноги, но, не прекращая постоянного контакта.
Ной помог ему лечь на живот, прежде чем снять веревки с его рук и запястий. Закончив, Ной бросил несколько аккуратно свернутых веревок на подушку у головы Тобиаса, прежде чем забраться к нему на кровать.
- Иди сюда, хочу обнять тебя. - Он раскрыл объятия и подождал, пока Тобиас устроится в них поудобнее.
К мурлыканью добавилось ласковое прикосновение, и оставшиеся в теле Тобиаса частички души задались вопросом, когда же он превратился в Фана. Он решил, что ему все равно, и положил голову Ною на грудь, целуя ближайшее место.
- Если я скажу спасибо еще раз, ты разозлишься? - спросил он с улыбкой.
- Нет. - Ной тихо рассмеялся.
- Тогда спасибо. - Он вздохнул и пошевелил пальцами ног. - Это было потрясающе.
- Это было... я не ожидал, что вечер пройдет так. Вау. - Ной погладил его еще немного, проводя пальцами по каждому дюйму кожи, до которого мог дотянуться.
- Я тоже, - со смехом сказал Тобиас. - Но рад, что ты согласился. У меня давно не было такой ночи, как эта... Напомни, сколько тебе лет? - Подразнил он.
От смеха у Ноя задрожал пресс.
- У меня никогда не было такой ночи, как эта.
- Уверен? - Спросил Тобиас с усмешкой. - Ты знал, что делал. Ной, я не заходил так далеко в сабспейс буквально пятнадцать лет, а может, и больше. Это была чертовски хорошая работа.