- Ты не должен спать, детка, - мягко сказал Тобиас. - Что тебя разбудит?
- Я не то чтобы хочу спать, просто мне тяжело. Тело устало, понимаешь? Почешешь мне спинку? - Ной ухмыльнулся.
Тобиас фыркнул.
- Я так не думаю, мальчик. Попроси Фана сделать это, когда он промокнет и сморщится. - Он слегка передвинул Ноя и сел прямее. - Поговори с ним немного, малыш. Я сейчас сделаю несколько звонков и куплю бутылки с водой. Я ненадолго.
Фан радостно заурчал в ванной.
- Нам нужна резиновая уточка.
Тобиас посмотрел на него, потом на Ноя.
- Бредфорд прав. Я старею, - пробормотал он, выходя из комнаты.
Он добавил звонок Бредфорду в свой мысленный список, тот должен знать, где достать уточек для взрослых.
Глава 26
Ною не потребовалось много времени, чтобы перестать винить себя. Когда на следующее утро он увидел Кэрол, она улыбнулась ему и помахала рукой. Ее голос был немного хриплым, но она смогла немного с ним поговорить. Она была полностью в сознании и, казалось, справлялась со всем гораздо лучше, чем он. Она шутила о том, каким паршивым стрелком был тот парень, и надеялась, что справилась бы лучше. Тогда он впервые узнал, что она стреляла из своего оружия, и это дало им надежду найти парней, если они окажутся в отделении неотложной помощи. Она посмеялась над Ноем за то, что он получил удар по голове, и не прошло и получаса, как он сам стал смеяться.
Пока он был там, зашел ее муж с детьми. Ной хотел извиниться и перед ним тоже, но Кен пожал ему руку и сказал что-то доброе, а дети захотели посмотреть на его швы, и считали свою маму героем. К тому времени, как покинул больницу, он чувствовал себя намного лучше.
Жаль, что первый день его сеансов психотерапии прошел не так хорошо.
Он вернулся домой угрюмым и раздраженным, и впервые с момента подписания нового контракта Ной попросил Тобиаса отпустить его на ночь. Он провел ее за закрытыми дверями своей комнаты - просто не мог вынести необходимости вести себя цивилизованно.
Психолог пытался воздействовать именно на те чувства, о которых Тобиас пытался заставить его говорить - страх, гнев и собственная некомпетентность. В течение недели ему стало легче, когда он понял, что желание оторвать головы стрелкам голыми руками за то, что они причинили боль Кэрол, было совершенно нормальным в данных обстоятельствах. Он кричал, швырял вещи и ходил по комнате, он заплакал и рассказал консультанту, что впервые с тех пор, как покинул академию, почувствовал настоящий страх - страх вернуться в полицейскую машину, страх снова подвести Кэрол и страх самому пострадать или погибнуть.
Но все эти излияния эмоций были катарсисом, и хотя он просил Тобиаса провести выходные спокойно, смог ему довериться. Большую часть субботы он провел в своем сабспейсе, служа Тобиасу более обыденными способами, чем обычно, но это было хорошо. Он вернул себе чувство собственного достоинства, уверенность в себе и, к своему облегчению, сексуальное влечение.
Он с нетерпением ждал вечера вторника с Фантомом. Всегда ждал, но на этот раз все было по-другому. С Тобиасом он хотел и нуждался в служении. В последнее время ему нужно было чувствовать себя уверенно и быть на своем месте, а он мало чего просил для себя. С Фантомом было легче быть эгоистом, можно просить о чем-то, если необходимо, как друга или брата.
Он был дома весь день. На этой неделе у него было всего два визита к психологу, в среду и пятницу, а в понедельник его снова посадят в машину с временным напарником, пока Кэрол не выздоровеет. Это будет долгий процесс, но она настаивала, что вернется.
Самое сложное, о чем ему пришлось думать весь день - что приготовить на ужин.
Фан вернулся домой, насвистывая мелодию, настолько фальшивую, что слегка раздражала, но звучала она радостно. Ной услышал, как он снимает пальто, а затем свист перешел в возбуждающее крещендо, когда Фан прошел через гостиную на кухню.
- Привет, пупсик, - весело сказал Фан, войдя. - У меня был отличный день, я немного возбужден и думаю, нам стоит заказать пиццу. - Последние слова Фан прошептал Ною на ухо, когда подошел достаточно близко, чтобы поцеловать в щеку.
Ной улыбнулся и повернул голову, чтобы поймать губы Фана своими губами.
- О, слава богу, я просто стоял здесь и тупо пялился на шкафчики. Пицца звучит превосходно. И кола. И тебя на десерт.
- Ммм. - Фан ухмыльнулся и потянулся к его губам для еще одного поцелуя. - Отлично. На этот раз попробуешь шпинат?
- Я же говорил, что ненавижу шпинат. Как насчет грибов? Закажешь? У меня нет настроения общаться с людьми.
Ной наблюдал, как Фан ходит по кухне. Судя по всему, у него был хороший день на сеансе психотерапии. Он выглядел великолепно. Немного прибавил в весе, его кожа стала гладкой и здоровой, даже колючие, непослушные волосы стали гуще. Ему очень шло, этот новый образ жизни, и Ноя это тоже вполне устраивало.
Фан пошевелил задницей, поднимая трубку.
- Я разберусь с этим надоедливым человечеством ради тебя и даже куплю пиццу. Тогда мы с тобой, котенок, устроимся и посмотрим, сможем ли подлечить твои расшатанные нервы. - Фан решительно кивнул и набрал номер их любимой пиццерии, пританцовывая под музыку, которую слышал только он.
- Я все время говорю сэру, что нам нужно радио на кухне, - тихо сказал Ной, пока Фан заказывал еду. Он не был уверен, что Фан его слышит, но это все равно его забавляло.
Котенок. Что-то новенькое. Довольно мило в том смысле, что «только Фан может себе это позволить». Если бы кто-нибудь еще попытался назвать его котенком, он, вероятно, дал бы по морде. Он подошел к холодильнику и достал бутылку колы.
- Доставят примерно через полчаса, - сказал Фан, пританцовывая к нему. - Думаю, дело в полу. Он так и манит танцевать. К тому же, мы с доктором Брюер решили на некоторое время перейти на один раз в неделю, а потом планируем два раза в месяц. Вот это называется «танец чувств». - Фан притянул к себе и его, и бутылку колы. - Сахар и ты - мои вторничные радости.
- Два раза в месяц! - Что ж, это была отличная новость. Лично Ной не имел ничего против доктора Брюер, но ему казалось, что большинство проблем Фана были решены благодаря стабильному проживанию, людям, заботившихся о нем, и надежному контракту. - Вот «танец чувств». - Он подхватил Фана и бутылку с колой на руки и протанцевал с ним по коридору.