- Ты странный, - сказал он Ною, делая, как было велено, не забывая разделить с ним одеяло. Они подвинулись, пока Тобиас, по крайней мере, не устроился удобнее, положив голову Ною на грудь. - Все в порядке? - спросил он.
- Я не странный. Если ты собираешься продолжать травить свой организм табаком, мы должны быть здесь, на этой скамейке, верно? - Сказал Ной таким тоном, что стало ясно: он шутит лишь отчасти.
Тобиас фыркнул.
- Не то чтобы я много курил, Ной. Пожалуйста, избавь меня от нотаций, я не в настроении. - Он слегка прижался, чтобы снизить раздражение. - Только когда я... расстроен, - добавил он со вздохом.
- Я знаю, детка, мне жаль. - Тихо ответил Ной и обнял Тобиаса.
- Наверное, это просто Рождество, - предположил Тобиас. - И то, что я здесь. Обычно я в отъезде, или с друзьями, или просто... только не здесь. - Он сглотнул и закрыл глаза. - Я не так часто думаю об этом. Первые несколько лет были тяжелее. Хотя иногда это причиняет боль. Понимаешь?
- Понимаю. Кажется, я больше скучаю по отцу только на Рождество. Это, правда, больно. - Ной снял перчатку и провел пальцами по волосам Тобиаса. - Сколько времени прошло с тех пор, как ты в последний раз проводил здесь праздники?
- Хм. До Фана прошло почти десять лет? Я был здесь сразу после их смерти, а потом несколько раз уезжал. Два года подряд, а потом Фан. Мы всегда путешествовали, ездили на юг, в Испанию или Италию.
Ной вздохнул.
- И поскольку мне нужно было работать, ты оказался здесь один в Сочельник. Черт, мне, правда, жаль, Тобиас.
- Это не твоя вина. Я так и планировал, просто ты не должен был этого видеть.
- Это… э-э… - Ной изо всех сил пытался сменить тему. - Там так вкусно пахнет.
- Ты имеешь в виду, лучше, чем сигаретный дым?
Ной рассмеялся и легонько потрепал Тобиаса по голове.
- Нет, идиот, я имею в виду, что ты готовил.
- Ах, да. Мало того, индейка уже в духовке, и таймер установлен. Она начнёт готовиться через несколько часов. - Тобиас, если бы его спросили об этом, признал бы, что немного гордится этим. Он плотнее натянул одеяло.
- Спасибо, я ценю это. Теперь мы поужинаем в приличное время. Что мне к ней приготовить? - Ной, который, казалось, был теплым, как тост, погладил Тобиаса по рукам.
- Ничего особенного. Всё готово, и ты сегодня вне кухни. С Рождеством! - Тобиас усмехнулся про себя и слегка пошевелился.
- Что? - Голос Ноя звучал потрясенно. - Ты что, шутишь? Совсем ничего? О, Боже мой, спасибо! - Он наклонился к Тобиасу и поцеловал его в макушку. - Я и понятия не имел, что ты умеешь готовить.
- Я вырос с миссис Миллер, - сухо сказал он. - А потом, после несчастного случая... ну, она позаботилась о том, чтобы я смог произвести впечатление. Думаю, она боялась, что я закончу школу, уйду из школьных столовых и никогда больше не буду есть ничего, кроме еды на вынос. - Он мягко улыбнулся и добавил: - Когда я был маленьким, мама всегда позволяла мне помогать ей печь.
- Да? - Спросил Ной. - Ты сегодня испек что-нибудь из того, чему она тебя научила?
- Только пирожки с начинкой. Боюсь, все печенье принадлежит миссис Миллер.
- О, печенье. - Ной говорил как ребенок. - А я никогда не ел рождественский пирог.
Тобиас поднял глаза.
- Никогда? Хочешь перекусить? Надеюсь, ты любишь изюм.
- По правде, я умираю с голоду, - признался Ной. - Разве это не жульничество - съесть пирог перед Рождеством?
- Чьи это правила? Давай, пойдем в дом. Мы можем уютно устроиться на диване, и я справлюсь с этим настроением до рассвета и рождественского утра. - Было нелегко, но он заставил себя покинуть теплого Ноя и сел.
- Это правда, таковы наши правила. Или, по крайней мере, твои, - рассмеялся Ной и встал, схватив одеяло и подушку.
Тобиас провел его в дом и включил лампу в гостиной.
- Садись. Устраивайся поудобнее, я принесу.
Он обнаружил, что ему было на удивление комфортно это делать. Он разрезал пирог и поставил чайник, затем наполнил поднос печеньем, сливками и сахаром. С ухмылкой он добавил на поднос пару морковок, думая, что они выбросят их на улицу для оленей. Или съедят их. Когда чай был готов, он вынес все это в гостиную и застал Ноя, рассматривающего елку.
- Ну что? Как у меня получилось? - спросил он, ставя поднос на кофейный столик. - Елка хорошо смотрится?
- Она выглядит красиво, - сказал Ной. - Она такая… взрослая. Все шарики одинаковые, гирлянда тоже, лампочки приятного, сдержанного белого цвета… она красивая. Я вырос с елками, украшенными абсурдными игрушками, такими как Гринч, снеговики, олени и эти глупые маленькие поросята с ангельскими крыльями, которых обожала моя мама…
Тобиас кивнул и сел.
- Маленький деревянный олень с искусственным снегом на рогах. - Он посмотрел на свою елку и подавил желание снова вздохнуть. - Я потерял все ее украшения примерно через пять лет после того, как они умерли. Я вытаскивал вещи из погреба - выбрасывал старые банки с забытыми соленьями и старый хлам. Нашел в коробке мышиное гнездо, все было разгромлено. - Он пожал плечами, внезапно почувствовав себя древним стариком. - После этого я много лет обходился без елки. Это... просто вещи. Я выбрал цвет и заказал кучу украшений. Это не имеет значения.
- Это имеет значение. - Ной пересек комнату и сел рядом с Тобиасом. - Это важно. Ты нашел время, чтобы все это подготовить, так? Подумал, верно? Ты думал о них и, возможно, о миссис Миллер, или Фане, или обо мне, когда украшал и выпекал эти пироги, верно? Все имеет значение. - Он взял Тобиаса за руку. - В любом случае, я вижу, что это, должно быть, заняло немало времени, потому что ты такой внимательный, все сделал симметрично и именно так повесил гирлянду.
Тобиас наблюдал, как он пытается улыбнуться.
- Прости, детка, знаю, тебе, наверное, тяжело. Рад, что я здесь.
Тобиас поймал себя на том, что быстро моргает, борясь с внезапными и непрошеными слезами.
- Прости, Ной. Я весь день был погружен в раздумья и трудно избавиться от этого настроения. - Он слабо улыбнулся и сжал пальцы Ноя. - Я, правда, рад, что ты здесь. Даже если я в полном беспорядке.
- Никогда не поздно создать новые воспоминания, а? Так что в следующем году тебе будет, о чем подумать. - Ной поцеловал Тобиаса. - Хочешь поговорить, я послушаю. Хочешь посидеть здесь и просто посмотреть на елку, позволить мне обнять тебя, и выпить скотч или чай - тоже нормально, детка. Правда. Но сначала... - Он озорно ухмыльнулся. - Давай отведаем этого пирога.