- Когда это случилось, это было «наше место», но да. У него все еще есть ключ от квартиры, и его имя указано в документах. Если ему будет нужно, мы договорились, что я перееду сюда, а он оставит ее себе. - Тобиас закрыл глаза и слегка откинулся назад. - Пожалуйста, не расстраивайся из-за этого, Ной. Он никогда не просил, никогда не предполагал. Но мне нужно знать, что ему, по крайней мере, будет где жить, если дела пойдут плохо.
- Я не расстроен из-за этого, Тобиас, - покачал головой Ной и вздохнул. - Но у меня такое чувство, что я вынужден задавать правильные вопросы, если хочу получить полную картину.
Тобиас поморщился.
- Прости. Но многое из этого - его история, и не уверен, что смогу рассказать больше. Вопрос о квартире даже не приходил мне в голову. Ты можешь спрашивать о чем угодно; если смогу, я отвечу. И если возникнет что-то еще, обещаю, что объясню, как только смогу, и расскажу все, что смогу. Это поможет?
- Да. Да, поможет. - Ной снова повернулся и прислонился к нему. - Просто, как только я начинаю понимать вас двоих, перевариваю и примиряюсь с этим, возникает что-то еще. Я знаю, это моя проблема - моя неувязка. Я знаю. И все же, похоже, что, добравшись до сути, я обнаруживаю еще один слой, которого не ожидал. - Ной снова быстро сел. - Знаешь что? - спросил он. - Не обращай внимания на все это, просто... на самом деле я не это хотел сказать. Я хочу сказать, пожалуйста, больше не называй его «малышом» в моём присутствии. - Ной еще мгновение смотрел ему в глаза, а затем опустил взгляд на колени.
Тобиас старался не пялиться. Если Ной услышал, как он это сказал, значит, он действительно это сделал, но, чёрт возьми, он не мог вспомнить.
- Хорошо. Я буду стараться изо всех сил. - Он наклонил голову и посмотрел на своего мальчика, своего возлюбленного. - Мой милый, - тихо сказал он. - Это ты. Мой милый и мой мальчик. Другие были «щенками» и «малышами», а когда-то Фантом был моим мальчиком, а не просто мальчиком. Но никто никогда не был моим милым. Понимаешь?
- Да, сэр. - Тихо ответил Ной. Он не поднял головы.
- Хорошо. Ты знаешь свое место, и оно рядом со мной. Больше никого нет, мальчик. Помни это.
- Да, сэр. - Ной нахмурился, выглядя разочарованным в себе. - Я знаю, сэр.
Тобиас прищелкнул языком.
- И я не хочу, чтобы у меня был несчастный мальчик на Рождество, Ной Долан, - заявил он. Оттолкнувшись, он повалил Ноя на пол и приземлился сверху, улыбаясь своему изумленному любимому. - Поцелуй меня. Давай займемся любовью на полу, а потом съедим остатки, почитаем книгу, которую ты мне подарил, и ляжем спать пораньше. Улыбнись.
Ной, моргая, посмотрел на Тобиаса. На мгновение он казался искренне смущенным, и Тобиас был странно самодоволен этим.
В конце концов, Ной, казалось, перестал прислушиваться к голосу разума, просто улыбнулся и поцеловал его.
Глава 17
Когда он проснулся, светило солнце, но с другой стороны кровати было холодно, и он был один. Нахмурившись, Тобиас перевернулся на другой бок и посмотрел на часы; было почти семь. Он полежал так некоторое время, приходя в себя и пытаясь понять, где Ной.
- Лошади, - сказал он себе, сбрасывая покрывало и вставая, чтобы принять душ. - Чертовы лошади.
На самом деле он раздражен не из-за лошадей, признался он себе, когда горячая вода разбудила его. И он даже не был особенно раздосадован тем, что Ной выскользнул из дома, чтобы заняться домашними делами, не разбудив его на утренние объятия или что-то еще. Но у него свербело в позвоночнике, в глубине души он испытывал беспокойство, заставляющее его дергаться и топать ногами. Вздохнув, он решил, что ему следовало бы самому пойти к лошадям, раз уж он вел себя как Криспин в плохом настроении.
Он принял душ и оделся, затем остановился, чтобы потрогать цепочку в изножье кровати, не особо задумываясь об этом. Он поднял взгляд, посмотрел через коридор на «безопасную» комнату, чувствуя, как позвоночник начинает жечь. Вот что ему было нужно. Его мальчик. Он со звоном опустил цепочку и спустился на кухню, налить себе кофе, строя планы по ходу дела.
Когда он пришел, на кухне его ждал свежий кофе. Выглянув из окна в сторону сарая, он заметил, что земля покрыта тонким слоем инея.
Ной закончил обход, и лошади были заняты тем, что разминали ноги и пытались пощипать мерзлую траву.
И тут, словно его позвали, Ной вышел из сарая, облаченный в походную куртку Тобиаса, наушники и перчатки, и трусцой направился к дому.
Тобиас наблюдал за приближением Ноя, из-за жжения ему приходилось переступать с ноги на ногу, пока он не сдался и не встретил Ноя у двери.
- Иди в душ, - сказал он, как только Ной вошел. - Ты ел?
Ной начал стаскивать с себя теплую куртку и заморгал, глядя на Тобиаса слезящимися от холода глазами. Очевидно, он уловил настроение Тобиаса.
- Да, сэр. Я быстро съел овсянку, прежде чем сбегать в сарай. - Он повесил пальто и положил перчатки и наушники на столик в прихожей. - Приготовить вам завтрак, как только приму душ, сэр?
- Нет, я сам. Вымойся, согрейся и подожди меня в «безопасной» комнате. На коленях. - Тобиас почувствовал, как что-то напряженное внутри него стало ослабевать, дышать стало немного легче.
- Да, сэр. - Ной кивнул, опустив глаза, а затем повернулся и поспешил вверх по лестнице.
Тобиас не спешил с завтраком, попивая кофе и обдумывая свои потребности и планы на день. К тому времени, как он добрался до «безопасной» комнаты, Ной уже стоял там, на коленях, аккуратно приняв позу показа, на нем не было ничего, кроме кольца для члена. Его щеки все еще слегка розовели от холода, но в остальном он казался вполне согретым.
- Хороший мальчик, - сказал Тобиас, подходя к шкафу. - Как вели себя лошади сегодня утром? - Он открыл дверцы и достал зажимы для сосков, оглянувшись на Ноя и раздумывая, какие наручники использовать. Он подумал, что те, что ему нужны, могут быть в конюшнях. Конечно.
Ной ответил, не пошевелив ни единым мускулом.
- Они замерзли, сэр. Все замерзли. Даже ваша девочка обрадовалась, когда я принес ее теплую попону. Мне пришлось откалывать лед в поилках. Мне нужно будет выйти и проверить их ещё раз сегодня днём.
- Хорошо. - Тобиас кивнул и взял флоггер. - Нужно двигаться, - тихо сказал он себе и снова отложил его. - Ладно, малыш. Мы идем поиграть. На улице холодно, так что ты оденешься для прогулки, но никаких разговоров, если это не важно, понятно?
- Понятно, сэр.
Быстро кивнув, Тобиас подошел к комоду и достал флисовые спортивные штаны для Ноя и теплую рубашку. Он положил их на стул и сказал: