- О, Боже, - простонал Ной. - О, Боже, Боже... - На этот раз крика не последовало, но его тело напряглось так же, как и раньше. - Спасибо, господин, - всхлипнул Ной. - О, господин, господин... вы так добры, так добры ко мне, - бормотал он, с трудом переводя дыхание. Дыхание было прерывистым, и хотя Ной явно пытался расслабиться, на этот раз ему потребовалось гораздо больше времени, чтобы успокоиться. Когда он, наконец, это сделал, казалось, он слегка повис на кольцах.
- Еще один, малыш, - спокойно сказал Тобиас. – Прими его. Ради меня.
Как только Ной успокоился, Тобиас щелкнул кнутом, и кончик его аккуратно прошелся по шраму, оставленному Дэвидом на теле его мальчика.
- Мой, - громко произнес он, и его голос рассек воздух так же сильно, как и щелчок кнута.
- Ах! Ваш, господин, ваш. Спасибо, спасибо вам. - Ной начал всхлипывать. Он наклонился вперед и оперся грудью о перекладину креста, чтобы не упасть, повернул голову и уткнулся лицом в левый бицепс. Его колени, казалось, немного ослабли, но упорно поддерживали его. Костяшки пальцев, сжимавших кольца, побелели. - Господин.
Тобиас подошел к нему, не торопясь. Каждый шаг звучал громко, он на ходу собирал свой кнут, свивая его, как змею, в ладонь.
- Молодец, мальчик, - тихо сказал он. Не прикасаясь к Ною, он осмотрел рубцы и кивнул. - Ты хорошо принял их. Я горжусь тобой.
Повернувшись, он обратился к собравшимся мужчинам.
- Ной - мой мальчик. Вы видели, как он растет, видели, как покоряется. И теперь я боюсь, что кто-нибудь из вас попытается увести его. - Он ухмыльнулся, когда остальные рассмеялись. - Для этого я надеваю на него ошейник. Он это заслужил, и он этого заслуживает.
Тобиас подошел к столу и открыл коробку.
- Ной, подойди сюда и встань на колени, пожалуйста.
Ной глубоко вздохнул и отодвинулся от креста.
Он вытер глаза и поднял голову, а когда обернулся, то улыбался, его член все еще был твердым. Он медленно направился к Тобиасу, словно немного неуверенно держится на ногах, но не было никаких сомнений, что он доберется до цели. Радость по поводу обещанного ошейника была очевидна по выражению его лица и по тому, как он расправил плечи.
Он аккуратно опустился на колени лицом к Тобиасу и лишь слегка поморщился от напряжения в спине, когда принял позу «показа».
Тобиас улыбнулся ему и вынул ошейник из коробки. Массивное серебряное кольцо было тяжелым в его руке, металл уже нагревался от прикосновения. Изящный кельтский узор, выгравированный на внешней стороне, привлекал внимание и слегка поблескивал на свету; имена на внутренней стороне не должны были быть видны.
- Посмотри на него хорошенько, мальчик. Как только ты его наденешь, уже не снимешь, если только мы не расстанемся. Я позаботился о том, чтобы он был достаточно незаметным и ты мог носить его на работу, и он застегивается на винты. Ты не сможешь снять его.
Глаза Ноя широко распахнулись, когда он протянул руку и провел пальцем по замысловатому кельтскому узлу. Узкий серебряный круг отражал свет, и гравировка, должно быть, привлекла его внимание, потому что он немного наклонился, легко наклонив руку Тобиаса, чтобы прочитать ее. Улыбка Ноя стала шире и сентиментальнее, и он тихонько рассмеялся, довольный. Он ласково провел пальцами по запястью Тобиаса, а затем убрал руки за спину.
- Я горжусь тобой, - сказал Тобиас. - Этот ошейник - знак признания и символ твоего подчинения мне. Ты заслужил его, и знаю, ты будешь работать, чтобы сохранить его. Этот ошейник говорит о том, что ты мой. Я буду продолжать работать, чтобы оставаться достойным этого.
Тобиас надел изящный ошейник на шею Ноя, и его член затрепетал от этого зрелища. Он изящно лежал на ключицах, ниже, чем обычно для игр, но комфортно для повседневной носки. Он закрутил два винта, наблюдая, как член Ноя твердеет еще больше.
- Встань, - хрипло сказал он.
Когда Ной поднялся на ноги, Тобиас развернул его лицом к остальным. Он встал позади него и сказал:
- Мой сабмиссив. Мой окольцованный сабмиссив. Если у кого-то есть претензии к Ною или по поводу него, они будут иметь дело со мной.
На мгновение повисла звенящая тишина, и Тобиас обхватил член Ноя рукой, стараясь не дать ему откинуться назад и задеть рубцы.
- Примерно через полчаса, - прошептал он, - я трахну тебя так сильно, что тебе не захочется садиться на лошадь до самого Дня Святого Валентина.
Ной громко и бесстыдно застонал, улыбка все еще не сходила с его губ. Бредфорд и Логан рассмеялись в ответ и зааплодировали.
- Троекратное ура Тобиасу и Ною! - Бредфорд прокричал первое приветствие сам. Ринг наполнился искренними аплодисментами и одобрительными возгласами, как от Домов, так и от сабов.
Тобиас ухмыльнулся и отпустил член Ноя.
- Хорошо, малыш. Иди, похвастайся друзьям, я скоро тебя найду.
Он подождал, пока Ной перестанет дуться, прежде чем поцеловать его.
- Я люблю тебя. Иди, поиграй.
Ной, наконец, тронулся с места, Фантом и Брайан почти бегом бросились к нему, а Тобиас подошел к Бредфорду и протянул руку.
- Спасибо, друг мой. Твоя помощь бесценна.
- Поздравляю! Думаю, он был удивлен, не так ли? Возможно, мне придется показать твоего мальчика и твой кнут на моей вечеринке в честь Дня святого Валентина; это было сделано мастерски, и он прекрасно держался, - сказал Бредфорд с широкой улыбкой. - Интересно, когда бы он произнес стоп-слово, если бы ты не сказал ему, что ударов будет только три.
Справа от них Ной был окружен сабмиссивами, чьи Мастера позволили им свободно его поздравить. Тобиас слегка улыбнулся.
- Еще один такой, или два, если бы я был помягче, - сказал он с абсолютной уверенностью. - Ошейник получился превосходным, да?
- Он прекрасен. Признаюсь, я заглянул в коробку, не хотел получить его и обнаружить, что это не то, что ты просил. Интересно, как он будет воспринят в раздевалке на работе? - Бредфорд ухмыльнулся. - Не то чтобы это имело значение, Ной выглядит таким гордым, что готов лопнуть от радости. Он, наверное, рассказал бы своим приятелям-полицейским, если бы они спросили его прямо.
Логан подошел и протянул руку.
- Поздравляю, старина, очень завидую твоей руке. Ты даже не вспотел.
Тобиас пожал Логану руку и улыбнулся.
- Проведи немного времени с Бредфордом, и твоя рука станет такой же. Хотя я бы опасался за его спину. - Тобиас снова посмотрел на Ноя и почувствовал, как его улыбка становится шире. - Лучше ему не лопаться, это мое.