- Уверен.
- Хороший мальчик. - Тобиас улыбнулся и отступил на шаг. - Сними рубашку, пожалуйста, - вежливо попросил он.
Ной протянул руку и снял галстук, накинув его поверх пиджака Тобиаса. Он медленно расстегнул рубашку, пуговицу за пуговицей, в последнюю очередь вытащил полы и бросил рубашку на стул.
Его плечи отражали резкий свет потолочной лампы, отчего кожа казалась бледной, а каждая линия грудных мышц выделялась. Он вздрогнул от легкого холода, и его соски быстро затвердели.
Ной потянулся, чтобы помочь Тобиасу развязать галстук, но Тобиас остановил его рукояткой хлыста.
- Нет, - мягко предупредил он. - Не раньше, чем я буду готов.
Ной отступил назад, расстегнул только верхнюю пуговицу шелковых брюк и опустил руки по швам.
- Прекрасно, - сказал Тобиас низким успокаивающим голосом. Он искренне хотел сделать комплимент. Он подошел ближе и провел пальцами по груди Ноя, обводя каждый сосок. - Очень красиво. Теперь брюки.
- Спасибо, - тихо прошептал Ной, когда руки Тобиаса погладили его. - Я занимаюсь спортом. - Ной скинул ботинки. Он на мгновение замешкался, засунув пальцы за пояс, затем откашлялся и, сняв брюки и носки, бросил их в кучу своей одежды.
- Это заметно, и я благодарен тебе за это. - Тобиас провел рукой по бедру Ноя и откровенно уставился на его эрекцию. - Хорошо, малыш. Теперь ты можешь помочь мне с рубашкой.
Ной шагнул вперед и, протянув руку, сначала развязал узел на галстуке Тобиаса, а затем медленно расстегнул пуговицы. Как только галстук был расстегнут, он провел пальцами по груди Тобиаса и слегка поцеловал открытую кожу.
- Ты хорошо пахнешь, - тихо сказал Ной, затем зашел Тобиасу за спину, чтобы снять рубашку с его плеч.
Тобиас стянул с себя рубашку и позволил Ною взять ее, перекладывая флоггер из руки в руку. Флоггер был из черной кожи, немного более грубой, чем та, которую он использовал на Ное, и он надеялся, что это придаст сцене дополнительную изюминку. Когда Ной снова оказался перед ним, Тобиас улыбнулся и снова притянул его к себе.
- Готов, малыш? - спросил он хриплым голосом. Прежде чем Ной смог ответить, он запечатлел на губах своего мальчика обжигающий поцелуй.
Тобиас почувствовал, как Ной растаял в его объятиях, пока они поцеловались, и тихо застонал в ответ на прикосновение зубов Тобиаса. Ной вздохнул, когда Тобиас отпустил его, и, затаив дыхание, ответил:
- Готов.
Легким толчком Тобиас развернул его лицом к стене.
- Ты можешь либо держаться за кольца вон там, либо наклониться и держаться за стул. Я предлагаю кольца. - Он похлопал флоггером по бедру.
Ной поискал кольца и найдя их, обхватил пальцами, поглаживая, пока они не стали удобными, что было небольшим предательством его подготовки и опыта - первое, что заметил Тобиас с тех пор, как они вошли в игровую. Он повернулся и оглянулся через плечо.
- Похоже... вот так? - спросил он, нервничая и широко раскрыв глаза, и Тобиас снова погрузился в сцену.
Он кивнул и отступил назад, наслаждаясь зрелищем. Прекрасное сильное тело, ярко освещенное в таком пустынном пространстве, монотонный бит музыки, лишь чуть-чуть опережающий биение его сердца... это действительно внушало благоговейный трепет. И он мог играть с ним, делать его своим. Это была его сцена, его игра, его мальчик, и его кожа, на которой он мог оставить свой след.
- Так красиво, Ной, - тихо сказал он. - Из огня да в полымя - видишь, как живо ты можешь себя чувствовать, будучи тем, кто ты есть? Видишь, как это делает тебя твердым, как это освобождает?
Ной посмотрел на флоггер, а затем оглядел себя.
Тобиас наблюдал, как его глаза блуждают по собственному телу, от ступней, слегка расставленных в стороны, к эрекции и животу, и вниз по руке, туда, где пальцы сжимали кольцо.
- Это действительно нечто, - сказал он, глядя вверх, а затем в сторону, впитывая атмосферу, царящую вокруг них. - Ты часто этим занимаешься? Я имею в виду, с другими парнями и все такое?
- Иногда. Это... хобби. Мне так же нравится баскетбол. Ты хочешь поболтать или хочешь, чтобы я тебя выпорол прямо сейчас? - Тобиас прикусил внутреннюю сторону щеки, чтобы сдержать улыбку. Ной был очень хорош в этом, и было здорово, что есть кто-то, кто готов просто присоединиться и поиграть. Он многозначительно помахал флоггером и попытался выглядеть серьезным.
Ной производил впечатление человека, тянувшего время и которого только что поймали.
- Ой! О, прости. Ух. Думаю, нам пора начать, - ответил он.
- Замечательно, - невозмутимо ответил Тобиас. - Держись крепче. - Он отвёл руку назад и замахнулся, ударив плетью по лопаткам Ноя.
- Ах! Господи Иисусе! - задыхаясь, прошептал Ной, оттолкнувшись от стены на шаг и встряхнув руками. Он размял плечи и заныл, стоя спиной к Тобиасу. – Блядь, как больно! - произнес он, как будто наивно удивленный этим фактом. - Людям это нравится... тем мужчинам там, снаружи, это нравится?
- Похоже, нравится, - сказал Тобиас, снова поднимая флоггер. - А тебе?
- Я... пока не знаю, - признался Ной и вернулся к кольцам. Он снова обхватил их пальцами. - Не знаю.
Тобиас кивнул.
- Ну, давай выясним, хорошо? - спросил он, снова опуская руку, на этот раз на противоположное плечо. - У тебя все еще стоит, - констатировал он. - Пока все в порядке.
- Ах, эта кожа жжет, - с тихим стоном заметил Ной, слегка переминаясь с ноги на ногу, но на этот раз, держась за кольца.
- Верно. Жестче, чем оленья шкура, и кусает сильнее, чем кенгуру... - Тобиас снова ударил его. - Довольно резкий удар, тебе не кажется?
- Кусает, - кивнул Ной, тихо застонав и опустив взгляд на свой член. - О, Боже, как хорошо. - Он резко вдохнул. – Звучит тоже отлично.
- Щелчок? - Хвосты снова опустились, и Тобиас снова отвел руку назад. - О, да. Прекрасный звук. Я знал, что тебе понравится, Ной. Я понял это по тому, как ты двигаешься, как балансируешь на грани. Приятно видеть тебя таким, детка. Держишься, спина начинает гореть, член твердеет... меня это возбуждает.
- Я наблюдал за тобой в офисе, - Ной вздрогнул и застонал. - Я чувствовал... что-то. Я знал, что ты тоже это чувствуешь.
- Конечно, чувствую, - признал Тобиас. - Но знал ли ты, что это будет так? У нас обоих есть потребность в чем-то подобном? - Он опускал руку снова и снова, его дыхание участилось.
Он был так тверд, что было больно, чего он даже не замечал, пока его яйца не запульсировали от возбуждения. Он опустил взгляд, увидел, что на брюках у него расплывается мокрое пятно, и ухмыльнулся. С этим надо что-то делать.