Тобиас усмехнулся.
- Тебе никогда не бывает скучно, правда? И да, я люблю тыкву. А она знает, что ты зовешь ее миссис М.? Думаю, ей понравится. Она называет тебя «Дорогой».
- Ну, я оставил ей записку в первые выходные, когда гостил у вас, помните? И я обратился к ней «Дорогая миссис М.». И когда я позже разговаривал с ней по телефону, она сказала: «Моя дорогой, как хорошо, что я единственная миссис М. в доме», или что-то в этом роде, поддразнивая меня, и с тех пор она стала «миссис М.». Я не могу называть ее Элизабет, она достаточно взрослая, чтобы годиться мне в бабушки. Это просто кажется... неуважительным. - Ной улыбнулся и попробовал воду, затем потянулся за мочалкой. - Если вы наклонитесь вперед, я займусь вашей спиной, сэр.
Тобиас кивнул и допил свой чай, радуясь, что тот немного остыл, пока он спал. Он сел и, наклонившись вперед, сказал:
- Я никогда не называл ее Элизабет - всегда просто миссис Миллер. Когда мне было четырнадцать, я, кажется, пытался называть ее Бесси, как называл ее мистер Миллер. Все закончилось пшиком.
Ной рассмеялся.
- Ну, ей, кажется, нравится миссис М., а если ей нравится, меня это устраивает. Я знаю, чей это дом на самом деле.
Тобиас немного наклонился вперед, когда Ной начал мыть его спину мочалкой и гелем для душа с цитрусовым ароматом.
- О, в этом нет никаких сомнений, - согласился он. - Боже, так приятно. - Тобиас закрыл глаза и опустил голову на руки. - Я так рад, что потащил тебя через весь город, - сказал он, пряча улыбку.
- Я тоже, - ответил Ной низким, хрипловатым голосом, который, казалось, исходил прямо из его груди. Он перевернул мочалку и нежно провел ею по плечам Тобиаса.
Тобиас расплылся в улыбке.
- А теперь? Скажи мне, милый. Ты, правда, рад, что ты здесь, и моешь мне спинку?
- Я бы предпочел быть здесь и тереть вам спинку, чем где-либо еще, сэр. - Сказал Ной непринужденно, все тем же обольстительным тоном.
Тобиас замурлыкал. Он надеялся, что это будет больше похоже на рычание, но было слишком тепло и он был слишком доволен, чтобы оно получилось.
- Продолжай, мальчик. Ты отлично справляешься.
- Да, сэр. - Ной еще немного помассировал, затем отложил мочалку в сторону и сполоснул спину Тобиаса. Со вздохом он скользнул мокрыми пальцами по плечам Тобиаса и начал энергично растирать их. - Ваша спина теперь прекрасного розового цвета, сэр, - поддразнил он.
- Я могу сделать твою попу такой же, - ровным голосом произнес Тобиас, хотя его улыбка стала шире. Со стоном он переместил одну руку и позволил Ною размять узел. - Боже, как хорошо. Я даже не заметил, что был напряжен.
- По телефону у вас был напряженный голос, сэр, - честно признался Ной. - Я знаю, вы сказали, что с вами все в порядке, но я, правда, рад, что вы позволили мне прийти и помочь вам расслабиться.
Тобиас кивнул и, позволив Ною размять плечи, откинулся на бортик.
- Хорошо, милый. Я принял ванну, выпил чай, и сейчас, должно быть, около полуночи. Думаю, пора ложиться спать.
- Да, сэр. - Ной встал и взял полотенце, затем повернул рычаг на ванне, чтобы дать воде стечь. Тобиас вылез из ванны, и Ной несколько мгновений растирал его полотенцем, а затем принялся искать халат. - Э-э-э... халат, сэр?
Тобиас пожал плечами.
- У меня его здесь нет. Или, скорее, у меня есть эта ужасная шелковая вещь, в которой я выгляжу как денди. Он синий и длинный, и... нет. - Он ухмыльнулся и оглядел себя. - Боюсь, тебе придется иметь дело со мной голым.
- Мммм. Думаю, я справлюсь, - сказал Ной, поворачиваясь спиной, чтобы повесить полотенце Тобиаса.
- Хотелось бы на это надеяться. - Тобиас прошел через холл, в свою спальню и включил свет. - Во сколько тебе нужно быть на работе? - спросил он, поднимая будильник.
- Ну, зависит от того, сэр, если вы планируете еще какое-то время не давать мне спать, я быстро позвоню и возьму выходной на утро. Если нет, то мне нужно выйти отсюда в семь.
- Ты сможешь нормально функционировать, проспав всего шесть часов? - Тобиас серьезно посмотрел на него и положил ладонь ему на плечо. - Я не хочу быть причиной того, что ты пропустишь работу. Но я отказываюсь отправлять тебя туда в не совсем идеальном состоянии.
- Я прекрасно функционирую после шестичасового сна, сэр, спасибо вам, - ответил Ной, опустив глаза. - Но у меня еще больше месяца больничных. Так что скажите, как хотите провести время, и я позвоню.
- Честно? Мне нужно быть на ферме к девяти, и я просто хочу спать рядом с тобой. Я хочу обнять тебя, дорогой, - тихо сказал Тобиас, ставя будильник на шесть.
- Звучит очень мило, сэр, - сказал Ной, расстилая постель.
Тобиас скользнул под прохладные хлопковые простыни и вздохнул. Кровать была мягче, чем в деревне, и немного шире, но, почему-то, именно простыни придавали ей ощущение роскоши.
В них было неприлично много нитей, а стоили они так дорого, что он даже смутился из-за их цены, но на ощупь они того стоили. Единственное, что было лучше, - это тело, лежащее рядом с ним.
- Иди сюда, - прошептал он, притягивая Ноя к себе. - Спасибо тебе. - Он имел в виду все, и надеялся, что Ной это понял. Он потянулся, чтобы выключить свет, затем обнял своего мальчика сзади, прижимая к себе. - Спокойной ночи, Ной.
- Всегда пожалуйста, сэр. - Ной тоже вздохнул, устраиваясь поудобнее на мягких подушках и прижимаясь к нему. Он переплел свои пальцы с пальцами Тобиаса. - Спокойной ночи.
Часть 30
Тобиас спал хорошо, крепко. Он знал, что ему тепло, что о нем хорошо заботятся... и он предположил, что стресс, испытанный им из-за встречи Фан и Ноя, истощил его. Он спал так крепко, что, когда его внезапно разбудили, он понятия не имел, который час и сработал ли будильник - все его внимание было полностью сосредоточено на своей заднице.
- Господи Иисусе! - Основной, непреодолимый инстинкт подтолкнул его согнутое колено еще выше, и он оттолкнулся от проникающего языка Ноя. - О, Боже!
- Ммм, - последовал ответ Ноя, а затем еще больше горячего языка, пока Ной исследовал его анус, дразня его короткими, настойчивыми толчками. Одна из рук Ноя обхватила Тобиаса за задницу, слегка удерживая его.
Он не мог думать. В любом случае, думать было не о чем, все было очень просто; его бедра покачивались, и он стонал, язык Ноя снова лизнул его анус, и он вскрикнул. Когда Ной начал трахать его языком, он заскулил, приподняв задницу, умоляя о большем.