Где-то внизу скрывался виновник и кричала девушка.
Адонис смотрел как в неестественной тьме разрушилось то, что принадлежало ему. То, что он создавал.
Это было последней каплей. Последним представлением, устроенным для того, кто предпочитал задавать правила самолично.
Они зашли слишком далеко.
Первый усилием воли переключился, вытягивая Хаоса из темной, удручающей изнанки бытия... Ожили светом огни Манхэттена, и видимость мирного течения снова заволокла глаза.
Объект был взорван на нижнем слое и только на нем. Но пройдет немного времени, когда трагедия догонит и воплотится в реальности.
У них было мало времени...
— Девиант… — угрожающе рычал Адонис. — Мне нужен девиант!
Тот, с чьей кровью и плотью он станет непобедимым. Возвысится над теми, кто уже возвышен. Над теми, кто посмел пойти против.
Ему нужна КАРА. И он ее получит.
Бонус! Глава 4.1. Сантинэль
Говорят, что огонь смертелен для ночных тварей. Не больше, чем для дневных. У людей раны от огня заживают так же долго и болезненно, с той лишь разницей, что у большинства из них нет магии, которая могла бы истощиться. В отличие от вампиров. Заклинателям же повезло немногим больше.
(Заметки превентивов о слабостях проклятых и одаренных)
────────────────────────────────
[Погрузись глубже, читай с музыкой: Lisa - Lalisa]
Сообщение для: [Адонис Мортэ]
Не вынуждай свою сестру скучать. Через 4 часа в Эдельвейсе? И я бы перекусила.
По вечно юному лицу скользнула тень улыбки. Язык медленно прошёлся по слегка вытянутым клыкам, очертил края верхнего ряда зубов и сосчитал каждый. Несколько мгновений Сантинэль ещё наблюдала за погасшим экраном смартфона, стараясь не щуриться от режущего яркостью билборда, который растянулся на весь перекрёсток.
Неотложные дела увлекли её с раннего утра, и с тех самых пор в рот не попало ни единой капли крови. Вампиры не нуждались в питании столь часто, как люди, но сутки спустя извечная ощутила лёгкую, подкрадывающуюся жажду.
Ту самую, что не сулила ничего хорошего другим, будь она новообращённой.
Ночь медленно расползалась по улицам, захватывая в свои тиски не только дальние подворотни, но и центральные улицы, где неон упорно боролся со тьмой. Добро и зло, свет и темень… Слишком буквальный мир мог показаться излишне простым, если бы пёстрые цвета намеренно не искажали реальность, пряча в тенях настоящих монстров.
Таких, как они.
Машина скользила по улицам, урча низко, гулко. Колёса безжалостно разбивали многочисленные отражения в лужах, рассекая прогнивший задолго до их прихода город на хаотичные осколки. Город, который ломал слабых и возвышал сильных.
Тёмный взгляд Сантинэль равнодушно скользил по стеклу. Капли тянулись длинными нитями, преломляя тусклый уличный свет. Спокойствие обманчиво. Привычка держать всё в поле зрения — нет.
Госпожа. Мастер. Дорогая сестра.
Цветок, обросший шипами.
Когда-то её лицо цвело вполне искренними улыбками, вопреки любым вызовам и трудностям. Хорошие и плохие времена были — и прошли, сменив собой новые. Другие, но во многом такие же, ведь что может быть постояннее вечности? Уголки губ всё чаще обнажали зубы, чтобы восполнить проклятую жажду, а на дне чёрной бездны глаз отражалось всё больше отголосков прожитого.
— Сайленс, лучше бы мне понравилось то, что я сегодня увижу, — женская ладонь обманчиво ласково коснулась обтянутого дорогой футболкой поло плеча, недлинными ноготками царапнула твёрдые мышцы. — Доделывать всё в ночь перед дедлайном — плохая примета. К моему отвратительному настроению.
— Кто так делает? Я? — хмыкнул такой же молодой на вид, как и она, парнишка, тряхнув короткими русыми прядями. Его нельзя было назвать типичным красавцем, но… двадцать лет назад его необычные, яркие черты привлекли внимание Санти достаточно, чтобы назвать впоследствии своим учеником. — Да там всё зашибись, по высшему разряду.
— Ага, после того, как твоей ноги там всю последнюю неделю не было, — сложив руки на груди, усмехнулась сидевшая на переднем пассажирском сидении Скайлар. — Хоть бы врать его нормально научили.
Спор c провидицей заранее обречён на провал. С той, кто собственными нежными руками изготовит смертельный яд, сладко улыбнётся и подсыпет его в бокал крови или вина, особенно. Но Скай — не стукачка. Она говорила лишь то, что знали все присутствующие. И все они состояли в довольно близких отношениях, пусть и стояли на разных ступенях иерархии.