Сантинэль слизнула кровь с пальца и усмехнулась. Она смотрелась рядом с ним хрупкой, но только на первый взгляд. Сай тоже не был монолитом грубой силы: высокий, тонкокостный, с узкими запястьями и бедрами, зато его плечи впечатляли широтой.
— Не разочаруй меня.
Иначе пожалеешь.
Вот что говорили её глаза.
Она развернулась на каблуках и взглянула на Скайлар, которая, к слову, времени даром не теряла.
— Ну что там? — нетерпеливо спросила Санти. Прерывать провидца в процессе было не очень, но Второй было как-то плевать. Ей нужны результаты здесь и сейчас.
Скай покачала головой, присев на колено возле одного из убитых. Сайленс сделал едва ли не единственное полезное за сегодня дело: включил наверху свет, и приятное желтоватое освещение обнажило кровавую сцену бойни.
Кровожадная улыбка не покидала лица Сантинэль.
Ублюдки посмели вторгнуться на её территорию. Запятнать своей мерзкой кровью её будущий клуб. Осквернить владения. И… умереть безнаказанными. Сука, им стоило бы оставить хоть один говорящий рот, если бы только её не преследовало ощущение, что те, кто за этим действительно стоял, гораздо умнее сегодняшних болванов.
Поджав губы, она оттолкнула носком запачканных кроссовок безвольную руку со своего пути.
Прохладная ладонь легла на рассыпавшиеся по плечам тёмные пряди Скай. На мгновение Санти захотелось поторопить события и вмешаться в её разум сторонним наблюдателем, чтобы вместе с ней считывать приходящие видения недавнего прошлого… Но передумала.
Прохладные пальцы лишь погладили голову в поощряющем жесте, прежде чем отступить.
— Непонятно, — тихо выдохнула Скайлар, чуть сжав напряжённые виски. Кажется, самое обычное считывание “памяти” территории приносило ей головную боль. Несколько колец сверкнули в тусклом свете, когда она указала на упавшую на пол брошь. — Эта штука всё блокирует и подтирает. Боюсь, я здесь буду бесполезна, и с каждой секундой отсюда утекает всё больше видений.
Ни один мускул не дрогнул на очаровательном лице Сантинэль, но её глаза потемнели, обещая мучительную КАРУ авторам сегодняшней засады.
Тем, кто бросил расправиться с ней шестерых щенков.
— Сайленс, через пятнадцать минут у меня должна быть на почте вся документация, все контакты, что ты вёл. Всё до мельчайших деталей. Где, сука, камеры, где хоть малейшая охрана? — Вторая старалась говорить спокойно, но холод смешивался с горящей яростью в тоне, когда она обернулась на притихшего ученика. — Сука, если завтра я возьму любого малолетнего щенка из приюта, мозгов у него окажется больше.
Она медленно перебирала в голове все данные, что у неё были. Собственно, Сай ничего нового, что она бы не знала, предложить ей не мог… Но она помнила, что он заключил договор с охранным агентством. Знала, что установлено видеонаблюдение. Так какого хуя камеры в углах сейчас вырваны с мясом?
— Я…
— Осмотри этот этаж. Надеюсь, тебе не нужно объяснять, что именно искать? — острый взгляд на секунду пригвоздил парня к месту. К его чести, он выдержал взгляд и кивнул, едва заметно склонив голову. — Скай, посмотри ещё на труп на первом. Не получится — найдёшь некроманта.
Провернув меж пальцев кинжал, который всё ещё удерживала левой рукой, Санти вернула его в подпространство. Созданное, к слову, сегодняшней спутницей.
— Надо проверить кабинет, — тихо обратилась она к самой себе, осторожно ступив на лестницу. Её подошвы оставляли на сером бетоне кровавые оттиски. Белые ленты шнурков окрасились алым — цветом её настроения.
Её цветом.
Голая арка прохода пока лишь на словах отделяла пространство будущего кабинета, но здесь уже стояла временная мебель: небольшой стол и пара стульев, какие не жалко испачкать в ремонте. На столе остались копии некоторых чертежей и планов, исписанных чьей-то рукой.
Сантинэль лишь мельком глянула на надписи, удостоверившись, что это действительно пометки дизайнера, а не тайное послание.
Она уже схватилась за телефон в кармане и почти набрала Ада, как очередной шаг встретил её негромким, на грани слышимости щелчком.
Сердце хищника дрогнуло.
Извечная прикрыла глаза, вдруг усмехнувшись, и замерла каменным изваянием на месте, прислушиваясь к тонкому, нарастающему писку. Обычный человек даже не различил бы его.
Она выговаривала своему ученику за беспечность, и сама потеряла бдительность. У судьбы отвратительное чувство юмора.
Десять…
— Скай.
Девять.
Восемь.
Девушка, едва коснувшись полотна прошлого возле умершего донора, тряхнула головой, отгоняя от себя липкую паутины видений.